Будь моим первым

Илья бы поверил, что это из-за нетерпимости отца к нашим отношениям. Тогда бы Илья не рванул к отцу и они бы не поругались. Сильно. Подозреваю, Илья ему высказал все, что думает. И даже угрожал. Для Ветрова желание Барсукова «подложить меня под другого» стало красной тряпкой. Такое он проглотить не смог.

Чуть позже, когда я буду анализировать случившееся, я найду тысячу возможностей избежать того, что произошло. Но, наверное, иначе просто не могло быть. Я из очень сложной семьи. С неприятным прошлым, постыдным настоящим и неизвестным будущем.

Илья же — обычный классный парень. Его отец — офицер, который получил серьезную травму, после чего был вынужден оставить службу и вернуться в Россию. Работать кем придется, чтобы прокормить семью. Он и таксовал, и ремонты делал. Брался за любой приработок, время было тяжелое. Илья плохо адаптировался в родной стране, ему нужно было получать образование. Подрастала Даша.

Я ворвалась в их жизнь по собственному желанию. Потому что так захотела. Потому что они были мне необходимы. И Ветровы просто не смогли противиться. Мне только исполнилось восемнадцать, я не думала о будущем. Меня вело сердце. Я хотела, чтобы Илья во что бы то ни стало лишил меня невинности. Я хотела, чтобы он полюбил меня. Благодаря ему я изменилась, узнала себя с другой стороны, поняла, что способна на большее, чем прожигать жизнь в компании синтетических кроликов.

Я не учла одного. Прошлое не собиралось так просто отпускать меня. И мое счастье семья восприняла как личное предательство. Танец на костях.

— Быстро ты приспособилась к новой жизни, — сказала Мия однажды. Мы иногда созванивались, по большей части из-за Нины.

Да уж, приспособилась. Приспособься и ты! Спустя три месяца учебы в колледже Илья через знакомых устроил меня в роддом санитаркой оперблока. Я думаю, он надеялся, что, познакомившись поближе с операционной, я одумаюсь и выберу более спокойное направление. Я же восприняла эту работу как очередной вызов.

Я вкалывала в роддоме, прилежно училась, зубрила анатомию. Дружила с Верой, которая, как и я, пришла в медицину по любви и вопреки всему. Рвалась к цели. Мы с ней буквально болели хирургией, использовали любую возможность пробраться в оперблок и хоть краешком глаза понаблюдать, как там все происходит."

"Тем временем осень подошла к концу, и у травматологов начался зимний сезон. Илья с привычным рвением погрузился в работу.

В первых числах января ему исполнилось тридцать, а через пару месяцев, уже весной, его повысили. За два года, что я знаю этого потрясающего мужчину, он сильно изменился и внешне, и внутренне.