Будь моим первым

"

"Но, боже, как же я хочу, чтобы Мия с папой справились! Чтобы на мне не лежала ответственность за их беды!



Глава 69

Полина

Мы с Ильей разные. Это не хорошо и не плохо. Это нормально, так и должно быть. Гендерного равенства не существует. И на многие ситуации мы ожидаемо смотрим по-разному. Если я где-то могу промолчать, сбежать, отсидеться — он идет напролом. Особенно в вопросах, которые касаются меня. В них — особенно. Так было и при конфликте со Славиком, и когда на меня напали медведи. Не изменил себе Илья и во время ссоры с моим отцом.

Если меня унизительная просьба папы и сестры выбила из колеи, расстроила, заставила чувствовать вину, Илью она — взбесила. Он не понял Мию и не захотел даже попытаться понять.

— Больше с этими мразями ты не общаешься, — сказал он мне примерно через неделю после нашей свадьбы. «Мразями» он назвал моего отца и сестру. — Не ездишь к ним, не пересекаешься в городе. Увидишь, что идут навстречу, — переходишь на другую сторону улицы. Я теперь твой муж, и ты будешь меня слушаться.

Мои глаза расширились. У Ильи, разумеется, и раньше проскальзывали покровительственные замашки, но чтобы прямым текстом отдавать приказы… такое произошло впервые.

Спустя много месяцев я смогу добавить, что приказ он мне отдал в первый и последний раз в жизни. Больше такого не было, даже если мы ссорились. Илья старше меня, умнее, он был прав. Как жаль, что я не послушалась. Но это случится позже, а пока… Он продолжил:

— Заманили на свою территорию и начали вдвоем продавливать. Суки. Ненавижу. Я никогда этого им не забуду, Поля. Даже не пытайся помирить нас в будущем.

В любой другой ситуации я бы возмутилась. Я его жена, а не солдат на поле боя! Но в тот раз опустила глаза и кивнула. От перспективы лечь в постель с Пашкой, сделать ему минет или что-то подобное — тошнота подкатывала к горлу. Пашка хороший, не страшный, добрый. Он не заслуживает того, чтобы его обманывали. Да и я сама так не могу. Без любви.

Может, дело в возрасте или наивности, которая еще не выветрилась из моей дурной головы, но для меня секс — это проявление любви. Илья по натуре механик, он все воспринимает проще. Я — нет. По крайней мере пока. Я живу инстинктами. Именно инстинкты привели меня к Ветрову, они снова и снова подсказывали бороться за любовь этого мужчины. И они трубили об опасности при одной мысли лечь в кровать с другим. Даже ради большой суммы денег. После такого секса в моей душе разрослась бы кошмарная черная дыра, которую вряд ли можно было бы заткнуть баблом.

— Как скажешь, Илья, — я подчинилась своему мужу. — Все будет, как ты скажешь.

Наверное, мне не стоило рассказывать Илье об идее отца выдать меня за Пашку. Будь я поумнее, я бы сама вычеркнула Барсуковых из жизни.