Будь моей няней

И плотно закрыл дверь. Вернулся, обхватил меня руками за талию, притянув к себе, присев на край стола:

— Теперь я готов слушать.

Пытаясь унять волнение от близости и от прикосновения его рук, которые чувствовала на талии и, кхм-кхм, ниже, я спросила:

— Мы будем скандалить в темноте?

И в обнимку, ага. Хитрый какой, тут уж никакого скандала не получится.

— Если ты хочешь поскандалить, Имма, то темнота не помеха.

— А объятия?

— Надеюсь, что да. Потому что есть занятия поинтереснее, чем бесплодные разборки. Я своей вины ни в чем не чувствую.

О, замечательно. Он еще и вины не чувствует. Тут я уже начала заводиться.

— Конечно, не чувствуете, ведь у вас нет никаких обязательств передо мной, вашей прислугой. Можно и не чувствовать себя виноватым. Но я не одна из этих ваших… — оттолкнула я его руки, вырываясь. — Я не одна из ваших интрижек и не собираюсь ею быть.

— Имма, ты сейчас похожа на фырчащего ежика, — улыбнулся граф. — И колючки так же выставила. Но я никак не пойму, о чем ты. Какие интрижки? Ты для меня не интрижка, нечто большее. Ты мне нравишься, и я сразу заявил тебе об этом.

— Да, а в столице крутили романы со всеми подряд. Устроили кастинг. Как на должность…

Я не договорила, граф схватил меня и притянул. Поцеловал крепко и даже грубо, прикусив губу.

— Дурочка, что ты там напридумывала… Не было такого.

Ах, не было! Ах, я дурочка!

— Я читала в вестнике! — рявкнула я.

— Мм… и что?

— Давайте я вам покажу!

Граф тяжело вздохнул и отпустил меня.

— Да, давай разберемся с этим.

Он включил настольный свет. А я стала перебирать пачку вестников, которую после прочтения сложила на столе у него в кабинете.

— Вот! — вынимала я из пачки вестник за вестником и разворачивала на нужной странице. — И вот! И еще! Вот еще! Хватит или мало? Могу еще поискать."

"Граф равнодушно пробежался по заголовкам и по магофото. Над одной из статей чему-то ухмыльнулся. Так, что захотелось ему кулаком по носу заехать. Или по зубам. По этому рту, что только что меня целовал и так умеет врать.

Просмотрев, граф небрежно потряс вестником и швырнул его на стол:

— Кто вообще это читает?!

— Вы, — напомнила я ему, что издание выписывает вообще-то он.

— Я имею в виду, кто этому верит? Имма, неужели ты повелась на эти желтые статьи?

— А не должна была?

— А я давал повод? — теперь уже разгневался и граф.

Он смотрел на меня обиженно, словно его оскорбили в лучших чувствах.

— Вы ко мне приставали! — обвинила я его.

— Это преступление? Вы мне нравитесь, Имма. Я влюблен в вас. Я схожу с ума по тебе…

От волнения он стал перескакивать с «ты» на «вы» и обратно.

— Неужели я похож на бабника? За все время нахождения в Магистратуме разве я давал повод для слухов?

— Нет, — призналась я растерянно.

Охотниц на графа было много. Та же Розамунда, Пипетта.