Русские своих не бросают

И никакого hanky-panky, – этого слова я не знала, но сразу поняла, о чем он говорит, – у нас не было, поверь мне.

– Да верю я, верю, – устало сказала я. – Я и тебя знаю, и ее – ее даже лучше, чем тебя. Ни она мужу не изменит, ни ты к замужней не полезешь. Как ко мне тогда перестал клинья подбивать. Верно ведь?

Ник густо покраснел, а я поцеловала его в щеку и сказала:

– Но вот не исключаю, что некая, скажем так, добрая душа донесла девушке эту информацию. Ладно, не дрейфь, поговорю я с твоей красавицей, посмотрим, чем дело кончится. Ты где будешь?

– Еще часа два-три на «Смольном», у себя в кубрике. Буду работать над номером.

– Вот и хорошо. Если что узнаю, зайду к тебе. Но ничего обещать не могу, – сказала я. – И выше голову, скаут!

– Ладно, я буду ждать, – уныло сказал Николай, попрощался со мной и поплелся к себе в кубрик. А я пошла вниз с твердым намерением поговорить с этой заморской прелестницей.

Но как назло, меня ждали два новых пациента – курсант с температурой за сорок и еще один британский юнга – над этим хоть и не надругались, но избивали его, похоже, все, кому не лень. Левая рука была когда-то сломана и неправильно срослась, на теле сплошные гематомы, ну и далее по списку… Я почувствовала, что все больше начинаю ненавидеть английских военных моряков. Руку пришлось заново ломать, потом снова составлять кости, гипсовать. Хорошо еще, другими травмами занялись мои курсанты… В общем, у Колиной пассии я оказалась только через четыре часа.

Постучав и услышав разрешение войти, я шагнула в небольшой двухместный кубрик. На кровати у окна лежала девушка. На первый взгляд, серая мышь – немного опухшее лицо, не самая большая грудь, худая если не как жердь, то близко к этому. Но – присмотревшись, я подумала, что если ее приодеть и чуток подкрасить, то будет очень даже ничего.

– Здравствуйте, мисс Катберт, меня зовут Елена Синицына, я – главный врач.

Ее лицо вдруг покраснело, губы задрожали, и она процедила сквозь зубы:

– Слышала я про вас. Это у вас роман с этим проклятым репортеришкой, не так ли?

Я посмотрела на нее абсолютно спокойно:

– Какой еще роман? Мы с ним друзья, не более того. У меня, знаете, и муж есть, и дети. Не скрою, что сначала Ник мною заинтересовался. Но узнав, что я замужем, интерес сразу погасил.

– Ну да, у вас и муж, и дети, и мальчик на стороне. Но не бойтесь, у него и еще подружка есть. Какая-то Марша. Не ревнуете?

– Маша? Его сотрудница? Можете не беспокоиться – и с ней у него ничего нет.

– И опять вы врете. Они вместе ночь провели, мне Лиза все рассказала. Как и про вас тоже.

Ага, подумала я. Теперь мне стало понятно, откуда ноги растут. А девица, разгорячившись, гневно выпалила мне:

– Да и Лизу этот похотливый янки пытался изнасиловать, когда они по Стокгольму гуляли, а она ведь замужем.