Под британским флагом

В одиночку корвет бы добрался раза два быстрее и попробовал захватить приз, но адмирал не отпускал нас. Даже такой слабый корабль мог пригодиться, если бы встретились с испано-французским флотом. После того, как мы встали на якорь в Гибралтарской бухте, Фион попросилась в гостиницу, хотя корабль почти не качало. Я не стал спорить, снял номер в «Мавре», который считался самой лучшей и дорогой гостиницей в Гибралтаре. Наше жилище было из двух больших комнат, холла и спальни, и закутком-уборной. В холле ночью на софе спала служанка Молли Тиллард, а на ковре на полу — слуга Саид. Этажом ниже проживал адмирал Джон Джервис.

Как ни странно, командующий флотом благосклонно отнесся к Фион. Видимо, нарушение устава — наличие жены на корабле — он считал меньшим преступлением, чем мои шашни на берегу с чужой женой. Или все дело было в том, что Фион понравилась Джону Джервису.

— Я первый раз в жизни вижу адмирала! Именно таким — сильным, мужественным — я вас и представляла! — заявила ему моя жена при первой встрече.

И она не врала. У нее чисто английская уверенность, что человек знатный или занимающий высокий пост умен, решителен, красив и далее по положительным чертам характера без пропусков. Я помню, как англичане искренне верили, что страшненькая принцесса Диана — красавица. Все отрицательные черты характера принадлежали худородным и ничего не добившимся. Так что в Англии у любого урода есть шанс стать красавцем и наоборот. То ли дело в России: чем выше пост занимаешь, тем больше недостатков в тебе находят, а в неудачниках просто ничего не ищут.

Джон Джервис повелся на комплимент, как треска на никелированный кусок трубы. В тот же день мы были приглашены на ужин, где моя жена удостоилась чести сидеть слева от адмирала. Я не мешал ей кокетничать. В эту эпоху пять месяцев беременности — залог супружеской верности жены. Она, может, была бы не против, но считается, что связь с такой женщиной сильно повлияет в отрицательную сторону на мужскую потенцию. Мне кажется, это придумали фригидные английские женщины назло счастливым соотечественницам."

"На шестой день отдыха в Гибралтаре разразился шторм такой силы, что три линейных корабля вынесло из бухты в открытое море. Сперва сорвало с якорей «Кураж», семидесятичетырехпушечный корабль, три года назад захваченный у французов. Видимо, кораблю не хотелось покидать Средиземное море. Его капитан Хэллоуэл жил в гостинице «Скала», расположенной через дом от нашей, а первый лейтенант Джон Берроуз с возложенными на него обязанностями на справился. В итоге «Кураж» навалился на «Бедфорд» и помог ему избавиться от якорей и заодно от двух мачт, а потом вдвоем одолели «Храбреца». В итоге сильный северный ветер понес три линейных корабля к африканскому берегу.