Британия

Все тело ныло от усталости, добравшейся, казалось, до самых костей, и от почти нестерпимой боли."

"Кейтлин закашлялась и приподнялась на локте, чтобы продышаться. За ширму зашла женщина в заплатанном коричневом балахоне. В руках у нее были шерстяные одеяла. Заметив, что Кейтлин пришла в себя, женщина улыбнулась и положила одеяла на кровать, у изголовья.

Они заговорили одновременно:

— Как самочувствие?

— Где я?

Кейтлин вежливо замолчала, уступая собеседнице право заговорить первой.

— Меня зовут Маргарет, — мягко сказала женщина. — Ты в старом соборе Карлайла. Как ты себя чувствуешь?

Кейтлин снова осмотрелась вокруг. Теперь стало понятно, откуда здесь такой высокий потолок и огромное окно.

— Хреново, — ее передернуло от неприязни к своему слабому, почти детскому голоску.

— Ничего удивительного, — сказала Маргарет. — Тебе неслабо досталось.

Кейтлин всмотрелась в лицо женщины и увидела там скрытое сочувствие.

— Кто меня сюда принес?

Собеседница посмотрела на нее как-то странно, и Кейтлин немного напряглась.

— Юэн, — ответила Маргарет, следя за реакцией девушки.

Имя казалось знакомым, хотя поручиться за это Кейтлин не могла. Она растерянно покачала головой. Маргарет улыбнулась, все так же осторожно и отстраненно.

— Я скажу ему, что ты очнулась. — И она уплыла за ширму, снова оставив Кейтлин одну.

Когда Маргарет появилась на башне, Марла уже успела решить судьбу Кейтлин и Юэна и теперь развлекала гостя беседой о международной обстановке. Говорить, правда, было особо не о чем: из других стран сведения были разве что об Англии. Что творится в прочих краях, никто не имел понятия.

От всех высоких технологий, на которые так привык полагаться человек за довоенные годы, почти ничего не осталось. Кое-где еще можно было найти работающий радиоприемник, хотя от них все равно не было толку. Случалось, что кто-то упрямый ловил на длинных волнах далекую морзянку или искаженные голоса, но они неизменно забивались помехами и шумом. Все, кто пережил войну, давно перестали надеяться на возрождение государства в каком угодно виде.

Дверь, ведущая на крышу, открылась и уперлась в нарост обледеневшего снега, образовавшийся на каменной поверхности. Маргарет высунула голову в проем, явно не желая выходить на мороз.

— Она очнулась, — лаконично сообщила женщина и снова исчезла внутри.

— Иди, — сказала Марла. — Кто-то должен остаться здесь, а у тебя к ней больше вопросов.

— Спасибо, — кивнул Юэн и направился к двери.

— Не торопись обратно, — бросила ему вдогонку дозорная. — Все равно скоро смена.

Юэн толкнул дверь и шагнул за порог. Марла посмотрела ему вслед, и ее снова охватило странное беспокойство.

На койке, опершись на ворох одеял, сидела бледная девушка, без аппетита потягивая грибной суп.