Британия

Так вот, он говорит мне, что от вас обоих за километр несет бедой.

Юэн хотел было возразить, но Марла остановила его, подняв руку.

— Я не хочу сказать, что ты несешь зло намеренно… Просто беда идет за тобой по пятам.

Юэн нахмурился.

— В общем, мой внутренний голос говорит, чтобы я избавилась от тебя поскорее. И я вижу четыре способа это сделать.

Она глотнула чаю, уже остывшего на холоде.

— Первое: убить. Но за что? Ты ничего плохого не сделал, скорее наоборот. Второе: отправить тебя домой с первым попутным торговцем. Но что-то мне подсказывает, что тогда мы увидимся снова, — в конце фразы она поставила голосом легкий вопросительный знак.

Юэн согласно кивнул.

— Остается либо посадить тебя в тюрьму и кормить три раза в день, чего, откровенно говоря, мы не можем себе позволить, либо просто отпустить.

И Марла замолчала, следя за его реакцией.

Первые три варианта даже не приходили Юэну в голову. Они совершенно не вязались с тем, что он успел узнать о местных обитателях. Он и так ждал, что его отпустят, и не мог понять, почему Марла решила поговорить об этом.

— Удивляешься, что я говорю такие очевидные вещи? — спросила дозорная, и рот ее снова растянулся в широкой ухмылке.

— Типа того, — кивнул Юэн, допивая чай.

— Все это не так очевидно для тех, кто побывал по ту сторону стены. Я тебе сказала, что там творится безумие, — и это не шутки.

Юэн смотрел на нее, гадая, к чему она выведет.

— Я с самого начала не собиралась тебя задерживать. В конце концов, ты нам чужой, и какая разница, что там с тобой случится?

Юэн согласно кивнул.

— Но сегодня все изменилось. Сама не знаю, почему. Я дам тебе кое-что, Юэн, что поможет выжить за стеной. И сделаю это, чтобы ты поскорее свалил и не возвращался.

Несколько долгих мгновений прошли в тишине. Марла смотрела Юэну прямо в глаза, и он понял без слов: эта женщина желает ему добиться успеха в его безнадежной затее, и у нее есть на это особые причины, о которых она никому не расскажет.

— Спасибо, — произнес он.

— Помни о моем условии, Юэн, — проворчала дозорная. — Уходи и забирай с собой девчонку, пока за ней не явились.

* * *Чувства постепенно возвращались к Кейтлин, и первыми были: приятное тепло и тупая боль. Она лежала в отгороженном углу, за ширмой. Рядом стояла печушка, от которой шли волны горячего воздуха. Над ее головой поднималась закопченная стена, исчезающая во тьме где-то наверху, куда не добиралось скудное освещение. Огромное окно было забрано металлическими листами и тепло-изоляцией. В отдалении слышались тихие голоса людей, занятых повседневными делами.

Девушка осторожно пошевелилась, пытаясь разобраться, где больше болит и все ли кости целы. Голова гудела так, будто взрыв произошел именно в ней. При движении странная дергающая боль вцепилась в ногу.