Бригада (1-16)

На некоторое время Белову следовало бы затаиться и сделать вид, что о роли Каверина в гибели друзей даже не подозревает. Затем нужно было подготовить себе железное алиби. Выследить и выкрасть Каверина вместе с Максом для Шмидта было бы и вовсе плевым делом. И вот тогда в уютном подвале Белов вполне мог бы насладиться муками убийцы…

Можно было сделать и по-другому. Убрать Каверина на публике, открыто, влепить в ему в лоб одну-две пули из снайперской винтовки, благо специалистов по мокрому делу хоть пруд пруди… И попробуй, докажи, что Белов имеет отношение к этому убийству. Депутатская неприкосновенность плюс купленные журналисты защитили бы его Белова от любых поползновений со стороны прокуратуры…

Но Белов сделал все по-своему, сам, рискуя собственной жизнью, и Шмидт не мог не уважать его выбора. Но уже тогда он понял, что этот путь приведет к организацию к серьезным осложнениям. Правда, тогда Шмидт не представлял, насколько они окажутся серьезными.

Саша Белов принес в жертву своей мести все. Депутатскую должность, положение в обществе, деньги, семью. И, в конечном счете, свою жизнь. В жертву мести или в жертву дружбе и памяти своих друзей? Наверное, и то, и другое…

И когда Шмидт осознал, что для Белова он не более, чем пешка в его игре, что, в случае необходимости, Саша использует его и выбросит, как выжатый лимон, тогда он принял некоторые меры защиты… Как профессионал он не мог их не принять. И теперь не жалел об этом. В рамках службы безопасности он создал свою собственную законспирированную ячейку. Для начала в нее вошли трое глубоко преданных Шмидту специалистов. Всех их он знал по прошлой службе в спецназе внутренних войск.

Двое из них, Николай и Анатолий, успели кроме всего прочего повоевать в Югославии. Третий, Арам, принимал участие в борьбе за независимость Горного Карабаха. В предстоящих событиях эта тройка должна была сыграть немаловажную роль."

"А то, что события развернуться, причем в самом скором времени, и будут кровавыми, Шмидт не сомневался. Он готовился к генеральному, со всех направлений, наезду на оставшуюся без хозяина империю Белова. И не собирался отступать ни на шаг. Он также не собирался отдавать конкурентам ничего из собственности Каверина. Шмидт считал, что если не сам Белов, то его семья может претендовать на нее по праву как наследники победителя.

Шмидт отдавал себе отчет в том, что за Каверина и остальных, убитых Беловым, отвечать придется ему. Отвечать перед братвой, ворами и, возможно, перед законом…

Звонок Ольги, с одной стороны, прояснил ситуацию. Союз с ней как наследницей Белова мог укрепить его положение в организации. Но, с другой, возвращаться сейчас, в преддверии криминальной войны, да еще вместе с сыном, Ольге ни в коем случае не следовало.