Бригада (1-16)

Блондин вернулся к машине, взял из багажника большую двадцатилитровую канистру и вернулся к оставленному мешку. Он принялся щедро поливать мешок и все вокруг него из канистры. Опустошив емкость, он бросил ее тут же и бегом направился к ""Мерседесу"".

Тем временем брюнет так же подошел к машине и достал откуда-то из-под заднего сиденья автомат. Он направился было к мешку, но тут рыжий замахал руками. Из-за поворота показал ась целая колонна грузовиков со строительным мусором. Все трое амбалов прыгнули в свою машину, и она медленно двинулась по ухабам и колдобинам к дальнему выезду со свалки.

Федя, лавируя между горами мусора, бросился в противоположном направлении.· он торопился к друзьям поделиться новостью. Степаныча и Витька он нашел за привычным делом. Оба сидели на прогретых весенним солнцем бетонных блоках, пили водку из пластмассовых стаканчиков и закусывали маринованными огурчиками из банки. Рядом лежала полотняная сумка с продуктами. Между ними, как поставленный на попа снаряд, стояла початая бутылка ""3авалинки"". Завидев Федю, Витек ощерился:

– Ну вот, Степаныч, а ты говорил много будет.

– Ты что такой взъерошенный? – проигнорировав замечание коллеги, обратился Степаныч к Феде.

Тот еле отдышался. Его ослабленный алкоголем организм совершенно отвык от нагрузок.

– Там это, как его… сейчас на дальний конец мужики на ""мерине"" приезжали… – сообщил он, с трудом выпихивая слова изо рта.

– А ты откуда знаешь, что на мерине? Щупал, что ли? – заржал Витек.

– Да не на лошади, а на ""мерседесе""! Мужики солидные, в костюмах.

– К тебе, что ли? Не иначе как от президента за советом, – не унимался Витек."

"Но Федя не обратил внимания на его шпильки. Он поскреб трехдневную щетину на скуле и уставился на бутылку водки. ""С бодуна мужик мается…"" – понял Степаныч. Он неторопливо достал из сумки еще один пластмассовый стаканчик, налил почти до краев и протянул Феде.

– Выпей, расслабься.

Тот вытянул весь стакан, не поморщившись, и замер с закрытыми глазами. Словно заснул.

– Ты чего? – испугался Белов.

– Ща, подожди, – Федя как будто прислушивался к чему-то 'внутри себя.

Собутыльники смотрели на него с пониманием. А Федя стал меняться буквально на глазах.

Его серое испитое лицо вдруг посветлело, морщины разгладились, кожа на лице порозовела… Впечатление было такое, что он сбросил одну маску – бомжа-клошара, и надел другую. То ли Чехова, то ли Леонида Андреева.

– Так о чем мы? – Исцеленный открыл глаза. – Степаныч, ты помнишь, в прошлом году Пельмень возле старой бойлерной тоже мешок. Подобрал? А там деньги оказались. Толи их в банке на уничтожение списали, толи украли где. Они еще тогда чуть подгорелые с одного боку были.

– Ну и где твой Пельмень? – напомнил Витек.