Бригада (1-16)

На самом деле красивых обнаженных девиц в витринах близлежащих домов обнаружено не было. Не помогало даже то, что друзья подкреплялись в каждом встречном баре. Правда, некоторые витрины уже были прикрыты красными шторками.

– Работают люди! – приподняв палец к носу, сказал Пчела. – Уважаю!

Не зная, куда деть руки с увесистой табакеркой, Пчела, наконец нашел развлечение. Нажав на кнопку, он выстрелил членом с глазами и показал его тоскливой полной мулатке в бикини, сидевшей за стеклом секс-шопа в красном бархатном кресле. Мулатка даже глазом не повела, будто Пчела для нее не существовал, а был фантомом. Пчелу это только раззадорило. И он продолжил свои обезьяньи пляски перед следующим отсеком. Там наконец-то обнаружилось что-то вполне товарное. Две невероятно красивые девки обнимались, зазывно поводя язычками по ярким губам.

– А ты говорил! Зима, я к ним загляну? На полчасика?

– Окстись, Витя. Посмотри повнимательней.

– А что?

– Это не девушки, Витя.

– А кто?

– Кони в пальто, – заржал Зимчук. – Трансвеститы.

– Кто-кто? – Пчела чуть не выронил табуретку.

– Пидоры по нашему, по-русски.

– Твое-мое! Вот бы влип. Спасибо, брат, удержал. А это что за хрень?

– Секс-музеум это, Витя.

– Нет, вот эта баба на велосипеде. – Пчела показал пальцем на следующую витрину.

Большая, в человеческий рост кукла в короткой и пышной розовой юбке старательно крутила педали укрепленного на возвышении старинного велосипеда, то поднимаясь на седле, то вновь опускаясь. Именно в седле-то и заключалась соль композиции. Там, в те краткие моменты, когда всадница приподнималась, был виден огромный фаллос, на который без устали все садилась и садилась механическая кукла. Со счастливой улыбкой идиотки на фарфоровом личике.

Пчела пристроился позади велосипедистки и в такт ее движениям повилял бедрами. Ему даже поаплодировали зрители. Хотя и не слишком громко.

В общем, настоящий секс у них сегодня явно не вытанцовывался. Оставалось вернуться к магистральному пути – благо, баров у них тут и вправду было немерено.

А поутру они проснулись… То есть, Зимчук-то проснулся у себя, в объятиях длинноволосой Мириам. А вот Витя Пчелкин…

– Е-мое! Ты кто? – изумленно разглядывая абсолютно черное девичье тело, спросил Пчела."

"Тело зашевелилось. У тела обнаружилось довольно симпатичное, хотя и с сильно приплюснутым носиком, личико.

– О, май лав! – протянула девица к нему руки.

– Лав-лав, откуда ты взялась? – отодвинулся Пчела. – Ни хрена не помню! – Стукнул он себя кулаком по лбу. Голова загудела в ответ. – Ладно, давай сваливай! – И он сделал вполне определенный жест в сторону двери.

Девица мгновенно изменилась в лице:

– Мани-мани, май рашн френд.

– Сколько я тебе там обещал? – Пчела нашарил на полу свои джинсы и выудил бумажник.