Бригада (1-16)

– «Демократия в опасности»… «Ночь длинных ножей»… «Война кандидатов»…

– По делу есть что-нибудь? – сухо спросил Белов.

– Вроде нет, – покачал бритой головой Шмидт.

– Оставь, я посмотрю потом, – Саша передвинул кипу газет на край стола и нетерпеливо спросил: – Что по Максу?

– Короче, кроме наших, считай, полгорода шустрит. Пока ни слуху ни духу. Люди считают, его тоже исполнили.

– Работай, – хмуро взглянул на него Белов. – Я видел его машину. Кто-то же в ней был, верно?

Поколебавшись, Шмидт сел напротив Саши и в явном затруднении почесал затылок.

– Саш, тут вот еще какое дело… – пробормотал он. – Я сегодня виделся с Митей-Большим, Тариэлом, Воркутой и Алмазом. Они хотели с тобой встретиться, но немного беспокоятся из-за всей этой канители. Вокруг тебя сейчас столько ментовских…

Белов, положив на стол перед собой сцепленные кулаки, сумрачно и нетерпеливо зыркнул из-под бровей.

– Что они хотят?

– Короче, братва осуждает тех, кто развязал бойню и обещает помочь найти гадов… – мялся Шмидт.

– Я спросил, чего они хотят, – раздражаясь, повторил Белов.

Шмидт вздохнул.

– Ну, в общем, люди просят тебя не включать ответку… Всем и так сейчас трудно, а если ответим, власти озвереют, начнется такое, что не расхлебать. И еще, они просили со всем уважением сказать, что ты сейчас не просто Саша Белый, а первый человек от всей братвы в Думе и тебе…

– Шмидт!.. – покачав головой, остановил его Белов.

– Саша, я только передаю.

– А я только объясняю, – едва сдерживаясь, продолжил Саша. – Видишь эти вещи?

На столе перед ним лежала всякая мелочевка. Часы-«луковица», солнцезащитные очки, связка ключей с массивным брелоком, зажигалка…

– Это вещи моих друзей… – Саша порывисто вздохнул. – Космос… Мы дружили с ним с пяти лет. Витя… Валера… А теперь моих друзей нет… Понимаешь? Нет…

Он встал, нервно прошелся по кабинету. Его душила злость, и, наконец, он не выдержал и дал ей волю. Вперив в несчастного Шмидта полный ненависти взгляд, Белов рявкнул:

– Какая-то тварь зарезала их как скотов!.. И ты мне говоришь, чтоб я не врубал ответку?!! Я по натуре не толстовец, вашу мать!!! Буду давить!!!

Его голос сорвался. Саша отвернулся к окну, шумно вздохнул, восстанавливая дыхание и приходя в себя. Шмидт тоже молчал, обхватив опущенную голову руками, медленно покачивая ею из стороны в сторону. Тягостное молчание прервал Белов. Словно извиняясь за свою несдержанность, он положил руку на плечо Шмидта и негромко произнес:

– Ладно. Увидишь кого из людей, скажи, что ты все передал, а я принял к сведению. Тариэлу я сам позвоню потом. Иди пока, подожди меня, скоро поедем.

Шмидт, явно в расстроенных чувствах, послушно встал и вышел из кабинета.