Бригада (1-16)

Каверин нахмурил свои белесые брови и, глядя поверх Сашиной головы, несколько надменно спросил:

– Вот вы проповедуете идеи социальной справедливости и равенства. Скажите, а как это согласуется с вашей… с вашей, с позволения сказать, коммерческой деятельностью?

На какое-то мгновение Саша растерялся. Но вовсе не из-за того, что не знал что говорить. Просто он не мог решить – кому ему отвечать. Смотреть в постную рожу Каверина у него не было ни малейшего желания, а определить работающую в данный момент камеру он не мог. В итоге он повернулся к ведущему и довольно бойко начал говорить:

– За последнее десятилетие в нашей жизни многое изменилось. Мы живем в новом, демократическом обществе, в котором все зависит от тебя самого. Но нельзя забывать, что есть люди, которые умеют зарабатывать деньги, и есть те, кто не умеет. Я считаю, что государство не должно мешать первым и обеспечивать достойный уровень заработка вторым. Еще могу добавить, что мой Фонд построил две церкви – от фундамента до крестов – и полностью финансирует три благотворительные программы. Кроме этого, мы оказываем спонсорскую помощь нашим спортсменам, занимаемся вопросами организации отдыха для малоимущих семей и…

– Хорошо-хорошо, спасибо, Александр Николаевич! – остановил его ведущий программы. – Это все, конечно, очень интересно, но, мне кажется, уводит нас от главной темы. Теперь ваш вопрос, прошу…

Саша перевел глаза на Каверина. Тот встретил его взгляд снисходительной полуулыбкой. «Сука…» – подумал Белов. Он начал нервничать – ему не нравилось поведение ведущего, а главное – Саша был недоволен собой, своим первым ответом, каким-то суетливым и многословным, словно он в чем-то оправдывался…

– У меня к Владимиру Евгеньевичу личный вопрос, – твердо, даже, пожалуй, жестко произнес Белов. – Скажите, по какой причине вы покинули службу в органах?"

"– Хороший вопрос, – важно кивнул Каверин. – Да, за восемь лет службы в милиции мне удалось сделать немало, но, к сожалению, не все, что хотелось бы. Остались на свободе и даже, как видим, процветают те, кто должен сидеть за решеткой.

– Вы не ответили на мой вопрос, – упрямо покачал головой Белов. – Из-за чего вы ушли со службы, уважаемый? И как у вас лично обстоят отношения с законом?

– Ну уж если мой оппонент завел речь о законе, – театрально развел руками Каверин, – то пусть расскажет о той стороне его деятельности, которая, мягко говоря, не согласуется ни с гражданским, ни с уголовным правом.

Белова было уже не остановить, он завелся и наступал, давил, пер напролом:

– Я готов поделиться с вами, – нервно прищурившись, отвечал Саша, – но только в обмен на информацию, например, о том, как вы оказались в Чечне и на чьей стороне принимали участие в боевых действиях?!..