Бригада (1-16)

И давайте не будем ее в Африку превращать, это задача неблагодарная и неблагородная. Моя цель — сделать Россию Европой окончательно и бесповоротно. Без всяких обжалований и апелляций в Верховном или Страсбургском суде.

Зал с некоторым опозданием понял смысл сказанного, некоторое время все молчали. Растерявшийся Иван Жуков упустил инициативу и совсем забыл о своих обязанностях ведущего. «Что делать? — лихорадочно соображал он. — Черт его знает, что- думает Батин по этому поводу. Здесь ведь надо в струю ляпнуть. Государственное дело, твою же мать!». В общем, пауза непозволительно затянулась.

Однако Батин не потерял самообладания. Всеволод Всеволодович встал и несколько раз изволил хлопнуть в ладоши, подав тем самым окружающим сигнал к началу рукоплесканий. После этого все потонуло в овациях и криках одобрения. Троегудова что-то сноровисто записывала в своем блокноте.

Подождав с полминуты, Батин одним движением водворил в зале тишину и с блеском завершил пресс-конференцию. Ни единое облачко не омрачило его умное и волевое лицо, несмотря на то, что в десне снова ожил и мучительно заныл воспаленный зубной нерв. Жуков со светлой улыбкой поздравил своего шефа с очередным замечательным выступлением.

Однако факт остается фактом. Общепризнанный лидер по части авторских афоризмов на сей раз уступил, пусть даже на время, пальму первенства герою дня — Александру Белову…

Официальные мероприятия уже закончились. Каждый из участников уже сказал то, что хотел или мог себе позволить. Теперь наступило время для более приятного и менее опасного занятия, а именно — кремлевского фуршета. Александру Белову пришлось пофланировать с бокалом шампанского в руке между роскошно сервированными столами, обмениваясь комплиментами с известными политиками и раздавая направо-налево многочисленные интервью.

Если бы кто-нибудь взял на себя труд подсчитать общее их количество на этом мероприятии и выделить победителей, то первые два места, безусловно, поделили бы между собой Батин и Белов. Время от времени они даже светились перед телекамерами вдвоем, едва ли не обнявшись, и смотрелись при этом классно: умные, светские, белозубые мужчины в расцвете лет…

Сашу в основном донимали вопросами о побеге из тюрьмы. Ничего не поделаешь, так было в прошлом, так, наверное, будет всегда. Это его крест — имидж настоящего мужчины, мачо, способного ради спасения невинных людей одной левой уложить банду террористов и обезвредить десяток-другой снайперов.

Масла в огонь подливала старушка Мелани Лоу — международный наблюдатель из комиссии по правам человека, побывавшая в роли заложницы.