Сыщик Бреннер [2 книги]

Дородная дама-архивариус заведовала помещением размером с конюшню, разделенным на несколько секций, каждая из которых была сплошь заставлена полками, на коих рядами высились коробки с документами, уже давно поеденные мышами. Архивариус приняла меня не особо радушно, но бумага от Семенова оказала свое волшебное действие. Я точно знал, что бравый усач пользуется расположением всех полицейских дам и его подпись стоит для них много выше подписи великого князя или даже самого кайзер-императора.

Дама-архивариус засуетилась, отставила в сторону стакан с горячим чаем, отложила свежий пряник и скрылась в недрах бумажной империи. А я остался ждать. Такова, видно, была моя доля в эти дни — копаться чужими руками в архивах и скучать в ожидании древних бумаг.

Впрочем, на этот раз мне повезло. Дама вернулась достаточно быстро, неся в руках всего лишь одну тонкую папку.

— Я ведь так поняла, что вам лишь данные о фигурантах требуются? Само дело вам без надобности? А то в нем сорок томов…

— Именно так, — подтвердил я, с ужасом представляя, что именно меня ожидало. — Только данные. Настоящие имена, родственники, адреса…

— Задача сложная, — она развязался тесемки папки и, чуть пошелестев бумагой, вытащила одну страницу, — но список — вот он, всего-то девять фамилий. И пометки о том, что восемь из них уже мертвы.

— Да мне и нужен-то лишь девятый! — Разумеется, я не стал рассказывать ей, что записи неверны и уцелел не один, а два участника событий.

— Шалимов Генрих Сигизмундович, охотно сотрудничал со следствием. Смертная казнь заменена на пятнадцать лет каторжных работ. Но через некоторое время в честь третьей годовщины правления Карла Александровича каторжные работы для него заменили вольным поселением сроком на десять лет. Деревня Радостная, Курляндская губерния. Есть справка о том, что свой срок отбыл без нареканий, дальнейшая судьба его неизвестна. Шалимов имеет запрет на дальнейшее поселение в столице и ряде крупных городов, в том числе во Фридрихсграде. Хотя здесь проживает его родная сестра — Сельма Сигизмундовна Бельге. Кстати, и адресок имеется. Больше ничем помочь не могу. Сожалею.

— Было бы крайне любезно с вашей стороны… — начал я, но архивариус и так уже переписывала адрес Сельмы на отдельный лист.

— Возьмите. — Она передала мне адрес и вдруг, чуть зардевшись, добавила: — Семенову передайте, пусть заходит в гости. Он такой славный и милый. Добряк-человек! Придет, так обязательно чаем напою, пряниками угощу… Вы сообщите!

— Обязательно! — вежливо кивнул я, а про себя дополнил: «В баньке вымою и спать уложу…» Ох уж этот Семенов! Героический усач не только не отпугивал своим грозным видом дам, но, кажется, наоборот, притягивал их со страшной силой.