Сыщик Бреннер [2 книги]

Мне даже не пришлось давить на клаксон. Ворота без малейшего скрипа сами собой пошли в стороны, позволяя мне проехать.

Но едва я воспользовался столь явным приглашением и въехал в небольшой карман, как сверху и с боков опустились решетки и я оказался запертым в буквальном смысле в железной клетке, а ворота за моей спиной так же быстро и плавно затворились.

«Зонненшайн» относился настороженно к незваным гостям.

Профессор доктор-доктор

— Пожалуйста, немедленно покиньте самодвижущуюся коляску! Руки держите на виду. В случае невыполнения приказов мы не несем ответственности за вашу жизнь! Повторяю!..

Мужской голос, усиленный рупором, я слышал четко и требования принял к сведению сразу. Тем не менее говоривший повторил свою речь трижды, прежде чем умолк.

Видно мне из нутра мехвагена было немного. Железная клеть, в которую я угодил, не позволяла из нее выехать. Приоткрыв боковое окно, я смог лицезреть направленные на меня пулеметные стволы.

Хорошо же тут встречают посетителей. Или это именно я удостоился подобной чести?

Пренебрегать столь серьезными приказами я не стал — слишком губительно для здоровья, подобные люди патологически не умеют шутить, поэтому, предварительно избавившись от ножа и револьвера — все равно конфискуют, так лучше оставить в «Мавританце», — и демонстративно подняв руки вверх, я неспешно выбрался из мехвагена.

За пределами клетки оказался узкий дворик, в дальнем конце которого виднелись вторые ворота. Я же находился в зоне досмотра, миновать которую не мог ни один посетитель. Не кранкенхаус, а настоящая боевая крепость, способная выдержать долгосрочную осаду. Так ли уж прост был старик Леопольд?..

— Положите руки на затылок и встаньте на колени! — продолжал требовать голос.

Вот это уже ни в какие ворота не лезло. Одно дело — вопросы безопасности, а совсем иное — унижение персон, облеченных доверием… Я, к счастью или несчастью, нынче относился к сильным мира сего. По крайней мере, пока у меня был при себе краденый императорский перстень.

Поэтому вместо того, чтобы пасть на колени и ждать решения местных властей, я скрестил руки на груди и заорал в ответ:

— Личный посланник его императорского величества Константина Первого. Дело государственной важности! Имею все необходимые полномочия! Прошу немедленно вызвать управляющего клиникой, говорить буду только с ним!

На несколько долгих минут воцарилась тишина. Я стоял недвижимо, даже не переступал с ноги на ногу, дабы излишне не нервировать людей, держащих руки на гашетке пулемета. Мало ли, всякое бывает, по себе знаю. В такие смутные моменты может произойти что угодно — а очередь прошибет и меня, и мехваген насквозь.