Братство Тропы

С туманными старушками, дождливыми лесами и темными чудищами, что с хрустом и треском бродят по узким тропкам, обрывая мокрые паучьи тенета…

– Складно то как говоришь – одобрительно улыбнулась старушка – Ой складно. Умничка какая… никак начитанная?

– О да… еще как начитанная – вздохнула Кира – Меня силой начитывали… а потом сама взахлеб начала книжки глотать.

– Мама? Папа? Они любовь к книгам привили?

– Не… Мама Лена постаралась! – широко улыбнулась Кира, и я почувствовал, как по спине пробежал волна озноба – будто острым когтем по хребту провели.

Надо бы чайку горячего…"

"– Вон на той тумбочке пледы сложены – словно услышав мои мысли, произнесла старушка – И вроде как вас на одного больше быть должно?

– Он спит еще…

– Будите! – велела бабушка с удивительной властностью в тихом голосе – Не время сейчас спать…

Я невольно опять огляделся, пытаясь понять, почему же не время то, но увидел лишь десятки новых диковин и сдался, кивнув и шагнув к виднеющемуся в серой пелене дождя одинокому вагону.

– А вы…

– Я Молчана. Как вас величать уже ведаю. Уже пошептала над бусинами и пустила их по ручейку ложбинному. А ты буди гостя последнего – и за стол его. Обычай такой.

– Обычаи нарушать нельзя! – прочавкал Бом, успевший пихнуть в рот стопку румяных блинов и с опаской тянущийся к самоварному кранику – А ваш самовар меня не…

– Он уже годков пять как смирный стал – успокоила его бабушка Молчана – Наливай смело.

– Ага…

– Ага… – повторил и я, глянув на Киру и вопросительно задрав бровь.

Поняв меня правильно, она успокаивающе улыбнулась:

– Остальные повезли вещи в дом. А здесь хорошо… прямо хорошо, Рос…

– Да – согласился я, полной грудью вдыхая запах тайги – Да… тут хорошо…

Шагнув в дождь, я поспешил к вагону. Тут не спешить нельзя – Бом чавкает как лесной кабан и если не снизит темпа, то блинов с вареньем мне не достанется…

* * *Не думал, что после невероятного диковинного навеса меня может что-то поразить сильнее. Но у этой неведомой земли все получилось. И проделано все было с таким мастерством, что я сразу понял – все они, эти писатели, режиссеры и художники – все свое мастерство постигли именно от матери природы. Ибо то, как мастерски и в самый нужный момент на ничем внешне не примечательном повороте широкой тропы она сначала «отдернула» завесу моросящего дождя, следом посланным ветерком отогнав пелену тумана, позволив ему остаться лишь на периферии, не могло не являться настоящим искусством, шлифуемым тысячелетиями.

– Обалдеть – замерев на полушаге, произнес я, стоя у начала ступеней, сбегающих по телу холма вниз. Ступени представляли собой расколотые пополам обрезки бревен. Из того же материала были и крепкие перила.