«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»

– Нет снарядов, – повторил артиллерист. – Звоните начальству. Пусть пришлют.

– Долдон хренов, – выругался полковник. – Снарядов у него нет. Врет! Сейчас пошлю кого-нибудь проверить.

В этот момент адъютант отвлек внимание Орлова.

– Товарищ полковник, первый батальон вместе с самоходами прорвались к доту. Теперь самое время наращивать удар.

– «Пантеры» можно накрыть тяжелыми минометами, – высказал свое мнение начальник штаба. – Мина шестнадцать килограммов весит. Не пробьет броню, так оглушит экипажи.

Однако полковник в ответ на дельное предложение грамотного начштаба лишь засопел. По его приказу все шесть 120-миллиметровых минометов полковой батареи полностью израсходовали боезапас.

Пускать на «пантеры» оставшиеся два танка Орлов не рискнул. Обозленные потерями танкисты смотрели на горящие машины и костерили «умное начальство». Тогда Сергей Фатеевич Орлов приказал выкатить на прямую наводку три «сорокапятки», открыть огонь и одновременно поднять в атаку полк.

– Хватит отлеживаться! А ты, лейтенант, – обратился он к командиру взвода «сорокапяток», – ударь сразу из трех своих пушек.

– Не возьмем мы их броню, – виновато возразил лейтенант.

– Закидай снарядами, расшевели. А там гранатометчики поближе подползут и бутылками с горючкой их сожгут.

– У каждой «пантеры» по два пулемета. Не подпустят они никого к себе.

Полковник внимательно и недобро оглядел лейтенанта. Не слишком молодой, лет двадцати восьми. На аккуратно заштопанной гимнастерке медаль «За боевые заслуги» и нашивка за тяжелое ранение."

"– Тебе по годам батареей командовать и в «капитанах» ходить, а ты все «ванькой-взводным» числишься. Если боишься, я лично с тобой пойду.

– Не Ванькой меня зовут, а Егором, – вызывающе ответил лейтенант. – А приказ мы выполним и сами. Нам погоняло без надобности.

Гибель противотанкового взвода видели многие. Это был неравный, обреченный на смерть поединок Лейтенант умело выбрал позицию. Три «сорокапятки» открыли огонь и успели выпустить десятка два своих мелких снарядов весом полтора килограмма.

Затем все три пушки были разбиты прямыми попаданиями танковых 75-миллиметровых снарядов. Хорошая оптика позволила немцам обойтись пятью-шестью выстрелами. Через четверть часа все было кончено.

На пригорке валялись обломки «сорокапяток» и тела артиллеристов. Несколько человек уползали прочь и тянули на плащ-палатке своего лейтенанта. Рана была тяжелая, но взводный не терял сознания. Недавно у него родилась вторая дочь, и он очень хотел жить.

– Ничего, дотащим, – упирались сапогами в землю артиллеристы.

Они любили своего командира, с которым прошли путь от Днепра до Белоруссии.