Брат, вспомни все!

"

"— Уже? — удивился Гренка.

— А чего тут, — осклабился Гиря. — Дело плевое. Раз, два и готово…

— Старуху, значит, тоже замочил? — спросил Батон.

И с еще большим презрением глянул на Гирю.

* * *Шалмана перевели в другую камеру. Сразу после разговора со Светловым.

Все вроде бы ничего. Шесть шконок, одна свободная — для него. Самая крайняя, ближе всех к параше. Но зато на нее можно лечь и лежать сколько угодно. Не надо ждать очереди, как в переполненных камерах, где одна койка на двоих.

Только постояльцы Шалману не очень понравились.

Едва он присел на свободную койку, к нему тут же подошли двое. Оба крепкие ребята. С голым торсом. Мускулистые тела, бицепсы на руках перекатываются. Только они какие-то не такие. Надувные качки какие-то. Будто мужицкого стержня в них не хватало. А у одного волосы до плеч.

— Эй, красавчик! — тонким голосом просюсюкал один. — Откуда такой хороший?

Одной фразы хватило Шалману, чтобы понять, с кем он имеет дело.

— Я тебе не хороший. Для тебя, пидор, я плохой…

— Ну зачем ты грубишь? — тем же манерным голосом возмутился второй паренек. — Пидорами людей ни за что называешь…

— Да? — усмехнулся Шалман. — А я думал, это для него типа комплимент. Гы-гы-гы!..

— Какой ты сильный! Какой ты мужественный! — пропел первый «голубок». — Можно, я к тебе прикоснусь?

Шалмана аж передернуло. Он резко отодвинулся от парня.

— Эй, только попробуй! — набычился он.

Он с ужасом вспомнил, что может опоганить себя одним пребыванием в камере с петухами. А если до него еще и дотронутся…

Впрочем, он тут же справился со своими страхами. Времена-то меняются. И не так уж сейчас все строго, как раньше. Ведь не по своей воле он в этой «хате» оказался. От ментов пострадал. «Братва» его не осудит. Только посочувствует.

— Ты не дергайся! — усмехнулся второй. — Мы не петухи…

— Да ну… — не поверил ему Шалман.

— Мы не петухи. Мы просто геи…

— Чего?

Как будто гей и гомик — это не одно и то же. А гомик — тот же пидор, значит, и петух.

— У нас нетрадиционная сексуальная ориентация, — сказал один. — Мы гомосексуалисты от природы…

— Сейчас на воле много геев, — подхватил второй. — И сажают их не в общую, а в специальную камеру…

— Короче, — оборвал его Шалман. — Ты пидор, но тебя не петушили… Ну так отпетушат, ты только подожди….

— Зря ты так веселишься! — нахмурился педик. — Мы вот с Сашей не пассивные, мы активные. И сами можем кого угодно отпетушить…

Волосы у этого типчика были длинные. И Шалман запустил в них руку. Он ухватил парня за волосы, выволок на середину камеры. И со всей силы врезал ему кулаком промеж глаз. А удар у него тяжелый…

Гомик только на вид казался крепким. Он не смог выдержать удар. И «поплыл». Не боец, короче…

Второй дернулся было на Шалмана. Но тот врезал ему ногой по яйцам.