Брат ответит

Но я — единственным кликом — выяснил, что у старшего на «Ютьюбе» имеется чрезвычайно перспективный, со стремительным развитием канал. Прирост подписчиков — сумасшедший. Парень уже рублевый миллионер и очень скоро станет миллионером долларовым.

Я не спец по раскрутке блогеров, но почувствовал сразу: кто-то за Дорофеевым стоит. Как минимум направляет и подсказывает. А возможно — спонсирует. Не может парень, который с трудом на «троечки» школу закончил, подобное дело в одиночку раскрутить.

Отправился в батутный центр, и даже секретаршу не пришлось беспокоить. Младший брат мне простодушно поведал: у Феди имеется друг. А имя друга — Фил. Оставалось только фотографию Долматова показать — а дальше спокойно соревноваться с аутистом, кто сможет дальше бросить мягкий мячик.

Так я получил важнейший, основополагающий посыл: раз Фил и Федя друзья, Дорофеев-старший, вероятно, тоже причастен к бойне в доме инвалидов. Оставалось выяснить, каким боком.

Прямо из батутного центра я поехал к ним домой и поговорил с матерью братьев.

Перезрелая и, несомненно, скучающая дама мне кокетливо улыбалась, активно строила глазки. Я охотно принял игру, прожигал ее очами, отвешивал комплименты. Но и разговор не забывал направлять в нужное мне русло.

С сочувствием выслушал жалобы на сыновей. Особенно сердита женщина была на старшего:

— Заставил меня подшиться, подлец! Говорил — для моего блага. И в чем оно, это благо? С инвалидом безвылазно сидеть?

— Но Федя ведь только на работу ходит!

— Какое там! И в кабаки, и по бабам! И на ночь может. Недавно вообще на сутки уезжал. А у меня, когда Ярика слишком много, давление поднимается.

На кухне висел календарь с пушистым котиком с бантиком и в корзинке.

Мы прошлись по датам и выяснили: на целые сутки Федор уехал как раз вечером того дня, когда в Москве расстреляли инвалидов. А потом вновь отсутствовал, тоже почти двадцать четыре часа. В день его возвращения во Владимирской области обнаружили тело Долматова.

Логично было предположить, что именно Федор с Филом ездили в Псков убивать Ольгу. И они же (кто-то один или вместе) грамотно обработали отца погибшего Костика Кулаева, художника-аутиста. Выдали ему всю информацию: в какой больнице Ричард, на каком этаже, номер палаты сказали. Мужчина (арестовали его в Турции) не отрицал, что убил. Но подробно рассказал, как в баре к нему подсел некий молодой человек и, на пьяную голову, накрутил: американец, мол, был в сговоре с Леней, специально уничтожает наших детей… Адвокаты несчастного отца не сомневались, что докажут состояние аффекта. Мои источники в полиции тоже считали: Кулаеву дадут от силы пару лет.

А Дорофеев, вероятно, решил: «Знает один — знает один. Знают два — знают двадцать два».