Реквием в Брансвик-гарденс

Всю предшествовавшую неделю каждый вечер требовал от нее внимания и вежливого интереса, хотя дела по большей части были чрезвычайно скучными. Этот вечер женщина намеревалась провести за чтением, поскольку уже запаслась романом, готовым полностью погрузить ее в недра человеческих страстей. И она оставила его без особой охоты – и общалась с мужем с куда меньшей обходительностью, чем была ей обыкновенно присуща.

Однако ей было прекрасно известно, почему Реджинальд пригласил полисмена. Он был в ужасе от того, что назревает скандал, который ему не удается замять и который угрожает лично ему, поскольку именно он рекомендовал Рэмси Парментера к возведению в сан епископа. Андерхилл намеревался уговорить своего гостя осмотрительным и скорым образом уладить дело, даже если бы это означало нарушение принятых правил. Такое намерение вселяло в его жену отвращение, но куда более важным было то, что оно означало конец того самого медленного разочарования, которое, как она поняла, владело ею в течение многих лет. Поначалу она просто не воспринимала это чувство как разочарование. Но именно этим ощущением стала вся ее жизнь, и виноват в этом был человек, судьбу которого она разделяла, смысл его жизни, который она приняла для себя. Смысл этот больше не восхищал Айседору.

Она решила одеться очень просто – в темно-синее платье с высокими плиссированными шелковыми рукавами. Оно чрезвычайно шло к ее темным, с проседью волосам.

Джон Корнуоллис удивил миссис Андерхилл. Она не знала, кого именно ожидала увидеть, – возможно, человека, похожего на так хорошо знакомых ей церковных сановников: привычно вежливых, самоуверенных, чуточку доброжелательных. Корнуоллис же был совершенно не похож на них. Он очевидным образом чувствовал себя несколько неуютно и держался напряженно, словно бы всякий раз обдумывая, что говорить. Айседора привыкла к вежливости, с которой собеседники хоть и признавали ее, но при этом как бы не замечали. А этот гость, напротив, обращал на нее такое внимание, что, хотя его трудно было назвать рослым мужчиной, она ощущала его физическое присутствие так сильно, как ей еще никогда не приходилось.

– Здравствуйте, миссис Андерхилл. – Джон наклонил голову, блеснув полностью гладкой лысиной. Айседора никогда не считала лысых привлекательными, однако его лишенная волос голова выглядела настолько естественно, что привлекательность ее она осознала только потом – и не без удивления.

– Здравствуйте, мистер Корнуоллис, – ответила дама. – Я в восторге от того, что вы сумели заглянуть к нам буквально по первому приглашению. Это очень любезно с вашей стороны!

Помощник комиссара чуть зарумянился, не зная, что сказать. На лице его доминировали большой нос и широкий рот.