Бракованная

— А ведь всё равно накажут!

— Если ты всё как следует объяснишь, может, и не выпорют, просто оставят без ужина или еще что. Ведь папа Авзураг сам виноват — не встретил нового гостя, правил не разъяснил. И гостю достанется, его ведь заставят заплатить сверху! А если не расскажешь и правда всплывет, тебе будет во много раз хуже, Эва!

— Да понимаю я…

— Ладно, давай я пойду в его номер и приберу там всё, — кивает Рита.

— Э нет, тебе туда точно не надо! Ты ему обязательно что-нибудь ляпнешь, он же невозможный тип! Тогда точно пожалуется… Пусть Мира позвонит в номер и пригласит гостя на завтрак. Пока его не будет, мы быстро чух-чух… — вожу я руками в воздухе, как будто вытираю пыль.

Пока он будет трескать деликатесы в ресторане при гостинице, мы успеем не только прибрать его номер, но и соседние. Ведь сегодня на завтрак осетинские пироги!

«Может быть, мне как-то попросить его не рассказывать ничего папе Авзурагу? Записку оставить, например… Вдруг не расскажет?» — засела в голову упрямая мысль.

Глава 6. Просьба

В тот же день:

Лев

Несмотря на обилие еды, о маленьком пугливом Снегирьке я не забываю и строю планы, как бы скорее заполучить девчонку. Уж очень хочется… Хотя она ясно дала понять — сначала мне придется договориться с ее приемным отцом.

— Вот, пожалуйста… — ставит передо мной новое блюдо здешняя официантка.

— Сколько их у вас еще… — спрашиваю, разглядывая новый пирог.

На столе их уже четыре. С мясом, картошкой, сыром, грибами…

— Еще сладкие! — с важным видом сообщает голубоглазая крошка.

Глаза моего телохранителя загораются радостью. Наверное, мысленно руки потирает. Киваю ему, и он с видимым воодушевлением кладет на тарелку по большому куску каждого пирога. Жрет больше меня! Троглодит чистой воды.

Еще двое из моей службы охраны устроились за другим столиком. Не едят, следят за обстановкой.

Приглядываюсь к официантке внимательнее. На ее фартуке висит карточка с именем «Даниэла». Серьезное имя для такой маленькой крошки.

Насчет маленькой я нисколько не преувеличиваю, она и ростом мала, и лицо уж слишком юное. Кажется, она несовершеннолетняя.

— Тебе сколько лет, что ты работаешь официанткой, куколка?

— Я всего лишь помогаю семье, — пожимает она плечами.

На мой вопрос не отвечает, лишь слегка улыбается, давая понять: не твоего ума дело, дядя.

Оглядываю ее одежду — а она примерно такая же, как у Снегирька. Розовая блузка, юбка в пол. Постепенно до меня доходит — они все здесь приемные дочери Габарашвили. Причем на вид все русские.

В этот момент замечаю, как в зал ресторана вплывает женщина ярко выраженной восточной внешности. Ей примерно чуть за сорок, одета со вкусом. Зеленое шелковое платье удачно подчеркивает всё еще стройную фигуру, правда, она явно переборщила с драгоценностями.