Брак на поражение

Разговор с драконом отвлекал от старых страхов и помогал сосредоточиться на работе. А ещё, с каждой секундой в душе разгорался охотничий азарт. Сердце билось чаще, а дыхание перехватывало от предвкушения очередной вылазки…

Мы найдём этих тварей! И заставим сполна ответить за всё совершённое. Отомстим за убитых девушек, спасём похищенных аристократов…

Почему-то я была уверена, что пропавшие мужчины ещё живы. И дело было вовсе не в том, что мы пока не нашли тел. Нет… дар медиума кричал, орал во весь голос, что они живы!

После видения в храме я оказалась словно ментально связана со всеми жертвами. Двенадцать давно мертвы и четверо живы. Надолго ли — не знаю. Но пока они точно живы!

— Пятнадцать лет назад во время охоты за настоящим Карателем, мы рассматривали версию с ритуальными убийствами, — задумчиво протянул Себастьян, — Совет магов тогда забраковал эту идею и не дал нам доступа к засекреченным архивам.

Та-а-а-ак… а вот это очень интересно! Особенно, если учесть иллюзию, наложенную на Алессандро неизвестным архимагом.

— А потом Каратель неожиданно исчез, — продолжил дракон.

— Как это исчез?! — я подскочила в кресле, чудом не расплескав горячий шоколад.

За что тут же удостоилась осуждающего шипения леди Делии.

— Извините, — смущённо пискнула, усевшись обратно.

— Ни я, ни Вергилий с Леусом не верим, что во время задержания погиб именно Зверь, — Себастьян откинулся на спинку кресла и устало помассировал виски, — тело маньяка тут же забрал Совет. А дело приказали свернуть.

Даже так…

Перед глазами тут же возникло усталое и хмурое лицо дяди. Тогда, пятнадцать лет назад я не могла понять, почему он и Леус не рады закрытию дела. Оба ходили мрачнее тучи, отказывались отвечать на любые вопросы о Звере…

Теперь всё становилось на свои места. Если убийца был членом Совета, ему не составляло труда быстро замять дело, скрыть половину улик…

— Нам изначально не давали нормально вести расследование, — продолжил герцог, — кто-то постоянно сливал информацию репортёрам. И странным образом пресса всегда оказывалась на месте преступления раньше нас.

— Я помню, как это дело обсуждали в газетах, — скривилась я.

Тогда на инквизицию вылили столько помоев… только ленивый не высказался, что дознавателям зря платят золотом за службу, а медиумы давно потеряли нюх и больше ни на что не способны.

Конечно, пресса любит раздувать скандалы и вмешиваться в расследования. Но тогда травля перешла все границы. Репортёры лезли изо всех щелей, мешая работать, публиковали жуткие снимки с места преступлений и смаковали подробности…

Дознавателям приходилось воевать не только с Карателем, но и с репортёрами. И только сейчас я понимала, что весь этот хаос был неслучайным.