Брак по расчету, или Счастье для кимтарцев

Недолгий и тихий смех вырвался у обоих, немного сбавив напряжение и дав мне храбрости признаться:

— Ладно, ты прав. Я тебя боюсь. В моем мире ты мог бы стать страшным человеком, и это меня пугает.

— Твой мир теперь здесь, Ия, — Аметист развернул стул в мою сторону и поймав мои ладони, сжал пальцы. — И здесь я твой. Твой с головы до ног, маленькая госпожа. Я понятия не имею, что задумала твоя нареченная мать, но за тебя пойду грудью на мечи.

— Почему? Почему ты так… так отличен во мнении обо мне?

— Я был в твоей голове, — напомнил он, и его необыкновенные глаза вспыхнули. — Видел нежность, что плещется в тебе, угрожая вырваться за края. Таких больше нет. Даже твои сестры куда сдержаннее, чем ты. Ты сверкаешь в моих глазах во всех своих эмоциях, мыслях, переливаешься, как бриллиант на свету. Еще тогда я решил, что буду к тебе испытывать, и от своего мнения не отрекусь.

— Тогда, — я наигранно улыбнулась, — я тебя подвожу.

Аметист замолчал, крепко о чем-то задумавшись; мне же нечего было добавить. Ситуацию спасла Адана, изящным лебедем выплывшая на веранду и махнувшая мне рукой.

— Ия! А я тебя искала!

Женщина насмешливо дернула уголком губ. Не спрашивая, села рядом, сложив тонкие ладони с длинными пальцами в замок.

— Ты все ждешь, что что-то случится?

— Я жду, когда это что-то случится.

— Аметист, будь добр, оставь нас наедине.

Мой несговорчивый муж дернул верхней губой, но все же поднялся, исчезая за колышущейся занавеской.

Сегодня Адана определенно была в благостном расположении духа, судя по таящейся на губах улыбке и немного отрешенному взгляду, что меня, надо признать, настораживало. Немного помолчав, женщина сдалась под моим настойчивым прямым взглядом и глубоко вздохнула, прежде чем начать говорить:

— Ты волнуешься, милая, я знаю. Но время на нашей стороне.

— Не могу не сомневаться, госпожа. Я понятия не имею, сколько у нас времени.

— Достаточно, — кивнула кимтарка и дернула головой, заставив воздушные пряди у лица покачнуться. — Сегодня у нас будут гости.

Заметив мое напряжение, женщина поспешила успокоить:

— Это Лу. Мы давно не виделись, и нам многое предстоит обсудить.

О, святая Наиши! Лу!

Сердце радостно затрепетало от мыслей о добродушном исполине, и улыбка смягчила поджатые губы.

— Я знала, что ты обрадуешься, — лицо Аданы тоже смягчилось. — Сегодня нас ждет серьезный разговор, я бы сказала, решающий. Ты должна быть готова узнать о моих задумках.

— Не проще тогда сейчас посветить меня в курс дела?

— Нет, дорогая, — кимтарка расслабленно расплела собственные пальцы и поправила невидимые складочки на юбке. — Пока я не буду уверена в их воплощении, сохраню детали в тайне.

— Мне неизвестно ничего даже в общих чертах, — возмутилась я.