Брак любви не помеха!

Дуcька оплатила, она же поминки справила.

   – А закапывал кто?

   – Знамо кто. Гришаня.

   – Это тот, что на балалайке круглыми сутками тренькает? – удивилась я. И как-то сразу обрадовалась, что не позволила домовому заказать концерт под окнами своей лачуги.

   – Он! А шо? - настороҗенно поинтересовался Филимон. – Значицца, это он вупыря поднял? А я так и знал! Bот прям знал! То-то он яблоки всегда кислые да червивые на алтарь таскает!

   – Ума не хватит, - я в общих чертах обрисовала мужу Гришаню.

   Райан мои умозаключения выслушал , плечами пожал, но судя по настороженному блеску в глазах, со счетов музыканта не скинул:

   – А магов заезжих тут не было?

   – Нет! – уверенно кивнул Филимон.

   Райан противоречию слов и телодвижения поразился, застыл, но быстро взял себя в руки:

   Дьяк возвел глаза к потолку , подумал и исправился:

   – А я почём знаю? Маги – не продажные девки, свoи нужды на погляд не выставляют.

   – Торгаши? – Райан мельком взглянул на меня и снова уставился на дьяка.

   Филимон под его пронзительным взглядом побелел, но выплюнул:

   – Агась! Призвали вупыря, шобы спрос на мечи поднять!?

   – Разберемся. - Bажно кивнул охотник, схватил меня за локоть и, уведя в сторону на несколько шагов, заговорщически прошептал на ухо. - Я хочу тебя поцеловать!

   У меня от неожиданности подкосились ноги, и почему то зачесалась бровь. Если бы не растерянный вид мужа, ошалевшего от признания не меньше моего, я бы согласилась на предложение тут же.

   – Сам не знаю, как ляпнул! – Райан вздохнул, покачал головой и отступил, скрывая вмиг порозовевшие щеки в сумраке комнаты. – Я хотел сказать, что хочу сходить на погост ещё раз.

   – Зачем? - Я почувствовала настоятельную потребность пнуть мужа. - Там будем целоваться?

   Райан еле слышно фыркнул и добавил намного громче:

   – Кладбище надо прибрать до рассвета, а то люди придут, а там ошметки упыря по тропинкам валяются.

   – И? – не сразу сообразил дьяк, старательңо прислушиваясь к нашему разговору.

   – Кто у вас следит за могилами?

   – Гришаня умеет держать язык за зубами?

   – Нет! – в один голос заверили мы охотника.

   – Ну, вот тогда тебе и убирать, Филимон! Или завтра все село будет знать, что в Седалище завелся упырь, и твой святой ему не помеха.

   У дьяка челюсть упала. В первый момент. Потом понеслась такая заковыристая ругань, что даже меня проняло.

   Райан же потащил меня на улицу, не обращая внимания ни на вопли седалищного старосты, ни на мои слабые попытки воспротивиться похищению.

   Судя по густой смоляной тьме, накрывшей село, до рассвета оставалось несколько часов. Седалище окутывала тишина и если бы не пьяный голосище, выводящий рулады где-то на окраине, ее можно было бы назвать тревожной. У меня даже волоски на руках встали дыбом.