Божья коровка

 — Коровка и Бабанский! Заберите трофеи и ведите бойцов к машинам.

Сидя на броне, Борис размышлял. Год и три месяца прошло, как он прибыл во Владивосток, а потом — в Иман. Здесь их пути с Сергеем на время разошлись. Сыграли роль отличные характеристики Бориса — его направили в сержантскую школу. Сергей же проходил курс молодого бойца. Учеба не доставила Борису трудностей. Для бывшего офицера освоение навыков на уровне сержанта — семечки. Покорпеть пришлось лишь над пограничной спецификой — да и то не сказать, чтобы слишком. В короткое время Борис стал лучшим курсантом учебной роты — отлично стрелял, бегал и бросал гранаты. К его удивлению, патронов в школе не жалели — стреляли они много. В спортивном городке Борису не было равных — он больше всех подтягивался на перекладине, делал выход силой и подъем переворотом. Его постоянно ставили в пример.

Служить Бориса отправили на заставу «Нижне-Михайловка», что опять же подтвердило догадку. Здесь его припрягли к комсомольской работе — Борис стал выпускать «Боевой листок». Застава состояла из двух деревянных бараков — казармы пограничников и жилья для офицеров. Плюс служебные помещения. Отопление — печное, холодильников для продуктов не имеется — их заменяла яма со льдом. «Старики» заставы рассказали, что раньше не было и такого. Пограничники жили в палатках и в деревне, а заставу они построили сами, работая в свободное от службы время. Начальник Стрельников, в ту пору лейтенант, наравне со всеми таскал камни для фундамента и бревна для стен. «Вот тебе и СССР! — размышлял по этому поводу Борис. — А в той жизни его хвалили! Дескать, все было путем. Блин, заставу не могли построить! Мерзнете в палатках пограничники. Не война ведь на дворе…»

Что сказать о службе? Она шла своим чередом. Ежедневные наряды на границу, сон и отдых. На заставе Борис встретился с Сергеем, чему оба были рады. В короткие минуты личного отдыха продолжились уроки игры на гитаре — у Бориса уже неплохо получалось. Но солировал Сергей — он пел и играл для солдат. Но случалось это редко — не давали китайцы. С наступлением холодов провокации происходили каждый день. Остров Даманский от китайского берега отделяла узкая протока — по ней и проходила граница. Перейти ее по льду — дело нескольких минут, ширина не более 60 метров. Вот китайцы и бузили. Шли на остров на виду у пограничного поста на советском берегу. Оттуда звонили на заставу, ее подымали «В ружье!», и пограничники прибывали выгонять нарушителей. Поначалу ими были безоружные хунвейбины. Размахивая цитатниками Мао, они скандировали что-то на китайском. Выдворить их обратно не составляло особого труда. Пограничники обзавелись огромными деревянными рогатками, вырубленными в лесу.