Ботаник

Я остановился возле весла, которым ворочали Стратон и его напарник, сидящий у борта, и негромко, так, чтобы слышало как можно меньше народа — спросил:

— Почему ты не убежал, когда убил стражников? Почему сдался?

Стратон кашлянул, и я увидел на его губах кровь. Голубые глаза из-под кустистых бровей посмотрели на меня пристально, будто просвечивали рентгеном. Потом он усмехнулся в длинную спутанную бороду (явственно послышался смешок), и ответил, задыхаясь и явно натужно пытаясь ворочать весло:

— Да зачем тебе это надо, господин? Неужели на самом деле интересует судьба умирающего узника?

— Интересует — кивнул я, и поморщился от вони, которая шла от пола и от гребцов. Смесь запаха пота, мочи, дерьма — тут и хороший одеколон не поможет. Такую вонь ничем не перебить!

— Так почему ты не убежал? — повторил я

— А куда? — серьезно и мрачно ответил Стратон — Жизнь кончилась. Я любил эту женщину. Всем своим сердцем любил. Сам себя кончить не могу — так я испорчу свою карму, и в следующем перерождении рожусь каким-нибудь монстром. Я должен ответить за свое преступление! Стражники ни причем. Она — заслужила. Наверное. Они — нет. Теперь я отбываю свое наказание. За убиенных мной парней.

— Болван! — яростно выдохнул сосед по веслу — Тупой религиозный болван! Бежать надо было! Бежать! И деньги были, и возможность была — ищи-свищи потом! Пиратом можно было стать! Купчишек щипать! Или просто уехать в Союз, и начать жизнь с начала! А этот болван вон что учудил! О Создатель, почему ты даешь возможности идиотам, а не умным людям!

— А ты за что сюда попал? — заинтересовался я.

— Людей он убивал. Грабил, и убивал — бесстрастно сказал Стратон — Пиратом был. Людей на корм пираньям бросал. А потом их зажали имперские галеры береговой охраны, и всех, кто выжил, приковали к веслам. Вот и сидит теперь здесь, как и я.

— Сижу! Но я хоть пожил! — сплюнул под ноги пират — Я баб перетрахал больше, чем ты видел! Я пил не просыхая, я дрался до смерти и побеждал! А ты что видел?! Пыльный тракт?! Сраные трактиры с клоповными комнатами? Лошадиный навоз? И как венец всему — женушку раком, которую дрючат три стражника! А она им подмахивает! Нравится ей, ага!

Удар! Говоривший обвис на весле, брошенное весло ударилось о соседнее, сбивая с ритма, то зацепило третье…и вот вся левая сторона превратилось в хаос — весла бились друг о друга, тормозили корабль, и он стал все замедляясь описывать полукруг, теряя ход и превращаясь в обычный плавающий кусок дерева.

* * *"

"— Готов? — капитан, усатый мужчина лет пятидесяти от роду поднял руку, готовясь подать команду.