Ботан

 — Ты от него не отойдёшь теперь, я так понимаю.

— Не отойду, я ему нужен сейчас как никогда. А он мне нужен, я больше не могу. — Сидя там с ним, на диване, наблюдал за его неспокойным сном… Вообще не понимаю, откуда у меня такая выдержка. Как я был без него всё это время?

— Понимаю.

Сомневаюсь, он никого в этой жизни не любил. Не так, по крайней мере.

— Нам недолго осталось, всё решится в ближайшие дни.

— Как быть с документами? — Я вроде как должен присутствовать.

— Подпиши и позвонишь Воронцову, вручишь ключи, так сказать, и всё, дальше моя забота.

Надо кого-то оставить с Тёмой, одного его нельзя оставлять.

— Завтра сделаю, сегодня не могу, да и поздно уже.

Отец кивнул и встал со стула. В этот момент дверь открылась, и в кухню зашёл сонный Артём. Он смотрел в недоумении то на меня, то на отца. Я в два шага оказался возле него.

— Ты как? — коснулся его плеча.

— Нормально. — Он кивнул и опять посмотрел на папу.

— Это Алексей Черняев — мой отец. — Я увидел удивление в его глазах. — Папа, это Артём — мой… мой Артём.

Отец протянул руку Тёме и тот пожал её.

— Приятно познакомиться, — сказал папа. — Примите мои соболезнования.

Я почувствовал, как Артём напрягся, но кивнул, не сказав ничего.

— Я пойду.

Проводил отца и вернулся на кухню.

— Тём?!

Он сидел там, где не давно сидел я.

— Давай, ты сегодня поешь, примешь душ и ляжешь спать, а завтра мы поедем за твоей сестрой.

Он поднял просто огромные от удивления глаза на меня.

— Ты поедешь со мной? — спросил он, не веря в сказанное.

— Поеду. — Я взял его руку в свою. — Я больше никогда так не поступлю, я тебе всё объясню потом. Просто верь мне. — Собрался с духом. — Я тебя люблю! — сказал.

Я это, сука, сказал!

58

Артём

Я, возможно, просто сплю или успокоительные так действуют.

— Что ты сказал? — Мне надо убедиться, что я не расслышал.

— Тём! — напрягся Стас. — Я сказал правду.

Не надеялся же я, что он повторит?

— Я просто… Это нелегко.

Ну в это можно поверить.

— Ты это сказал из-за того, что сегодня…

— Нет! — рявкнул он. — Я не настолько конченый идиот, — нервно ответил.

— Извини, — отвернулся я. — День тяжёлый.

Это мягко сказано.

— Знаю, иди сюда. — Он приблизился ко мне, я обнял его и уткнулся носом в его торс.

Мы просто так простояли какое-то время, то есть Стас стоял, а я сидел на кухонном стуле и наслаждался его поддержкой. Как он оказался там, на улице, и зачем вообще приехал, я думать не хочу. Главное, что он здесь, рядом, его объятия — самое действующее лекарство. И он меня любит!"

"— Тебе не помешает горячий душ, — почти шёпотом сказал он.

— Да! Иду.

Мне это точно не помешает

— Я пока нахимичу что-то поесть.

Это точно тот Стас?

Я встал со стула и оказался лицом к лицу с ним, мы смотрели друг на друга.