Не отвергай босса, опасно!

— Ты правильно сделала, что вчера не сказала, она устала с дороги, эмоции и так переполняли её, — говоря, он сокращал расстояние между нами, под конец прерывисто вздохнул, заключив меня в объятья, поцеловал в макушку и тихо произнёс, — без тебя, моя русалка, мне не спится, постель кажется холодной и пустой…

Подняла голову, чтобы посмотреть в его глаза, и, не сдержав улыбки, попросила:

— Продолжай.

— Смотрю, тебя распирает от удовольствия, что я страдаю? — изобразил он возмущение, а у самого в глазах чёртики пляшут.

— Ты не представляешь как…

— Ах ты, зараза! — воскликнул он.

— Но-но, что за плагиат! Это моё слово!

Он хотел что-то ответить, но его отвлёк звонок телефона. Марат взял трубку, и тут же поменялся в лице, от игривого настроения не осталось и следа. Он с тревогой посмотрел на меня.

— Юля, поехали, — хватая меня за руку, потянул на выход.

— Что случилось? — перепугалась я.

— В машине скажу, — ответил он и тут же принялся с кем-то связываться по телефону. Потом ему позвонили, он внимательно слушал.

— Вези к Михалычу, он в этом лучший специалист.

Мы сели в машину, у Марата на скулах ходили желваки, я поняла, случилось что-то страшное. Он посмотрела на меня, и потом огорошил новостью.

— С Алисой проблема, — у меня сердце остановилось после его слов, дышать стала нечем.

— Чт… — хотела спросить, что стряслось, но не могла вымолвить и слова."

"— Юля, её везут в больницу, опасность миновала, благо я в садик устроил человека, который знает, что делать при приступе астмы. Единственное, я не пойму, почему у Алисы его не оказалось? И у меня есть вопросы к обслуживающему персоналу садика. Где был воспитатель, нянька, врач?

— Марат, ингалятор у дочери был, я это точно знаю. Приступа у неё давно не было, и спровоцировать его мог сильный стресс.

— Ладно, разберёмся, — завёл он мотор.

Я не помнила, как мы доехали, было все как в тумане. Марат разговаривал с кем-то по телефону, о чём — не понимала. Он взял меня за руку, я шла за ним, не разбирая дороги, машинально, как робот.

— Юля, — остановился он у двери, — там Алиса, иди к ней и постарайся её не расстраивать, возьми себя в руки. А я пока с Михайлычем переговорю.

Я зашла в палату и не узнала своего ребёнка, в ней словно погасла искра жизни, она была похожа на тень. Дочь обняла себя маленькими ручками и, сидя на кровати, качалась из стороны в сторону.



— Дочка… — осторожно окликнула её.

— Мама… — чуть слышно произнесла она, посмотрела взглядом, полным горя, и я чуть не разрыдалась. Её глаза словно потухли, из них пропали озорные искорки, в них отражалась боль и блестели слезы, губки затряслись, и она чуть слышно дрожащим голосом произнесла: — Прости меня мамочка, за всё прости.

— Доченька, милая, мне не за что тебя прощать, — схватила её в объятья.