Злобный босс, пиджак и Танечка (СИ)

Но притом и уверенности нет, что он все делает правильно. Потому я очень хотел бы услышать твое мнение на этот счет. И не сочти это проверкой твоего профессионализма… мы ведь ему не чужие люди.

И я дала себе волю, позволяя словам течь спокойно и без лишних эмоций:

— Прекрасно понимаю ваш интерес! Думаю, и мой отец места себе не находит, переживая, как я справляюсь. А из моих рассказов он вряд ли может представить всю картину, как и вы — из рассказов Андрея Владимировича.

— Какая умная девочка, — Владимир Александрович стал похож на довольного кота.

Что-то не понравилось мне в его реакции. До сих пор я его представляла открытым и душевным человеком, но в этой улыбке было другое — какое-то ощущение победы, что ли. Он что же, помогал мне только затем, чтобы я потом за его сыном наблюдала? Потому сейчас так предвкушающе лыбится? А у них с сынком много общего.

Но сомнения не отразились на моем лице.

— Спасибо, Владимир Александрович. Если я смогу вас хоть чем-то успокоить, то все расскажу. Андрей Владимирович прекрасный руководитель, он все держит под контролем и быстро перестраивается, — в произнесенном была часть правды, но мне-то хотелось сделать упор на совсем другое. Я только ждала, когда разговор перейдет к этому естественным образом.

— А отношения с подчиненными у него как?

— Они его очень уважают! И боятся, что скорее всего и является следствием этого самого уважения. Я не думаю, что вам стоит переживать о его качествах… руководителя.

Выделила последнее слово специально. Внимательный мужчина обязан был заметить, и его бровь чуть заметно приподнялась.

— Продолжай, — поторопил он. И сам же не выдержал: — Какие-то другие качества вызывают в тебе сомнения?

Я опустила взгляд в тарелку, изобразила смущение. И заговорила чуть тише:

— Не знаю, стоит ли о таком рассказывать вам… Поскольку это совершенно не относится к деловым вопросам.

— Говори уже! — он едва сдержался, чтобы не повысить голос.

— Ну… — я демонстративно задумалась, — мы все-таки в России живем, а не в какой-нибудь загнивающей Европе. У нас и порядки другие, и традиции… Даже не представляю, стоит ли вопрос обсуждения…

— Говори! — теперь они уже рявкнули на меня оба. Я очень правдоподобно вздрогнула.

— Поймите правильно, я очень вам благодарна за эту работу, за опыт, который безусловно там Приобретаю… Но у меня есть легкие подозрения… — я медленно подбирала слова, которые подобрала еще за час до этой встречи. — Что Андрей Владимирович склонен… как бы это выразиться? Выходить за рамки рабочих отношений с симпатичными ему сотрудниками.

— Домогательства? — ахнула Людмила.