Босиком по стеклу

Прижимая руку к рваной ране, стараясь остановить кровотечение, мне пришлось балансировать на грани между потерей сознания и предотвращением очередного удара.

— Сэр, — ворвался начальник охраны, доставая оружие.

— Охренеть, он пырнул меня! — стиснул зубы, чувствуя как острая боль уверенно растекается по моему телу. — Причём хорошенько так.

— Что прикажите делать?

Джеймс всё ещё сжимал в окровавленной руке толстый обеденный нож, наблюдая за мной стеклянными глазами.

— Двинется с места — стреляй в ногу.

— Так точно, — даже и не удивился Луис, получив подобный приказ.

Сделав пару неуверенных шагов, на непослушных ногах, я оставил VIP-зал под конвоем из двух человек. Сейчас нужно было, как можно быстрей добраться до больницы, чтобы остановить кровотечение и зашить рану. Водитель мчал на всех порах в клинику Рикмана, пока я продолжал приводить себя в чувства.

Удивительно, но я совершенно не был зол на Джеймса. Да, он меня пырнул. Да, перешел черту. Но злиться на него сейчас, всё равно, что перекладывать свою ответственность. Ведь именно я заварил всю эту проклятую кашу, прекрасно зная о проблемах своего сына."

"— Эрик, — набрал я испачканными в кровь пальцами номер врача, стараясь подавить дрож в теле. Шок бил в голову вырубая меня словно обесточенный теловизор, — у меня ножевое с левой стороны. Третье ребро снизу. Так что оформи мне врачебную помощь.

— Сколько крови ты уже потерял? — тут же засуетился доктор, поднимаясь со скрипучего кресла.

— Немного. Миллилитров сто, не больше.

— Хорошо. Гони к запасному входу.

Спустя семь минут мы уже стояли на месте, наблюдая за тем, как к нам навстречу выбежали медработники с перевозкой. Стоило мне выйти из автомобиля и меня, тут же избавили от пиджака, укладывая на каталку. А ещё через пару секунд разрезали рубашку и вонзили иглу, делая местную анестезию. Стоило нам оказаться в светлом коридоре, как молоденькая доктор засунула палец в рану, перекрывая кровотечение. Благо к этому моменту уже начало действовать обезболивающее и мне не пришлось проходить через всю эту агонию ещё раз.

— Странно, что ты ещё не потеряли сознание, — схватил меня Рикман за запястье, отсчитывая пульс, пока мы направлялись в операционную. — Обычно от шока все с ног валятся, а ты мало того что при здравом уме, так ещё и с пульсом как у мальчишки.

— Сам значишь, что мне это уже не впервой, — усмехнулся, восстанавливая дыхание, пока меня ввозили в лифт.

— О, юморить пытаемся? Это хорошо. Что у нас со входным отверстием? — взглянул он на женщину, что всё это время ковырялась во мне пальцем.

— Ничего серьёзного. Рана рванная, но ни желудок, ни селезёнка не повреждены. По всей видимости, нож оказался тупым.

— Ну что, Николас, верно она говорит?

— Обеденный.