Бомба за пазухой

Дорого бы он сейчас заплатил, чтобы заглянуть тайком в ее узелочек. Завязав шнурок, женщина снова двинулась вперед. Алексей все никак не мог разглядеть ее лица. Но пойти на сближение, чтобы запомнить ее лицо, чтобы составить словесный портрет, он не мог. Опасно, она сразу может заподозрить слежку. Да и знают уже в городе, кто такой старший лейтенант Зыков. И в обществе других сотрудников НКВД и Смерша видели не раз.

Женщина уже шла между сгоревшими домами. Теперь видимость была лучше, и оглянись она, то увидела бы следовавшего за ней офицера. Но самое неприятное ждало Алексея впереди. Он дважды уже падал на землю, когда ему казалось, что женщина вот-вот обернется. Пришлось отстать еще немного, увеличив расстояние между ними. Женщина приближалась к окраине города, дальше начинались предгорья, начиналась возвышенность, которая тянулась к Абрау-Дюрсо и дальше в сторону Анапы вдоль берега Черного моря.

Несколько накатанных пыльных дорог отходили от окраины и шли в разных направлениях. Зыков не заметил, откуда взялась эта повозка, запряженная двумя лошадьми. Легкая пустая повозка, она пылила по дороге и поравнялась с женщиной. Возчик о чем-то с ней перекинулся парой слов, и вот объект наблюдения ловко взобралась в повозку, мужчина стегнул лошадей, и повозка полетела по дороге, постепенно уходящей вверх. Алексей бросился было бежать, но понял, что это бесполезно.

Повозку он запомнил, но гарантировать, что отличит ее от другой подобной, не мог. Возчик? Мужчина, лет сорока или шестидесяти, с бородой или сильно небритый, в кепке, и что-то на нем было надето. Иными словами, опознать возчика он бы тоже не смог. Объект наблюдения ушел из-под контроля в один миг, оставив Зыкова «с носом».

В отделе сказали, что Гараев не появлялся. Да и не мог он появиться, потому что у него запланирована на сегодня работа в горах. Но вернуться он обязан был к четырем часам. Нужно было кое-что обсудить. И когда Денис вернулся, уставший, но довольный, Алексей заговорил серьезно, старясь дать понять даже по интонациям, что сейчас он для Гараева сотрудник контрразведки Смерш, а тот — офицер Красной армии, к которому есть несколько вопросов, и вопросов серьезных. Надо отдать должное Денису, он все сразу понял и насторожился.

— Что? Серьезный разговор ко мне? А мне казалось, что мы тут который день занимаемся очень серьезными вопросами. Куда еще-то серьезнее?

— Есть куда быть еще серьезнее, — заверил Алексей, поставил стул напротив Гараева и уселся на него. — Давай на полном серьезе, Денис, мы на войне — и шутки в сторону. Я задаю вопросы, а ты отвечаешь. Отвечаешь полно и развернуто. Потом, если захочешь, я отвечу на твои вопросы, но думаю, что мы все обсудим досконально намного раньше.