Большой секс в маленьком городе

Ты на него злишься за то, что он тебя в гардеробной запер?

– У нас была договоренность не лезть в дела друг друга.

– Выходит, он решил, что это его дело.

– А если у меня свое мнение, значит, меня в гардеробную?

– Уж очень ты... Молчу! Я в сердечные дела не лезу.

Можно вопрос задам и ей-богу больше не полезу... Тебе не приходило в голову, что он тебя любит?

– Иди ты к черту, – с чувством сказала я.

Вешняков поднялся.

– Если не возражаешь, я лучше пойду к жене, пока она меня в самом деле из дома не выгнала. А тебе в квартире одной находиться не следует. Угрожать могли вполне серьезно.

– Я к Ритке уеду, – кивнула я, чтобы отделаться от него.

Вешняков ушел, а я загрустила. То, что Тагаев так стремительно избавил меня от неприятностей, то есть от трупа, никакой благодарности в моей душе не вызвало. И в его предполагаемую любовь я тоже не верила, а вот то, что он приказал своим парням приглядывать за мной, наводило на некоторые размышления. Игорный бизнес, проституция и прочее, прочее, прочее находится в ведении моего дорогого друга, и теперь у него вполне естественное желание навести в доме порядок, как он это себе представляет. Тут либо желание наказать мерзавцев, которые у него под носом устраивают свои делишки с ним не делясь, либо нежелание, чтобы собственное участие в «делишках» выплыло наружу. В этом случае кое-кем можно с легкостью пожертвовать и я от его желания поучаствовать в расследовании, в отличие от Вешнякова, никакой пользы не вижу.

* * *Утро выдалось на редкость скверное. Сыро, мрачно и холодно. Лето как-то вдруг и неожиданно сменила осень. Еще вчера было плюс двадцать, а сегодня температура едва доходила до десяти градусов. Желтые листья в парке гонял ветер, а я смотрела в окно и размышляла на тему: «Еще одна осень в моей жизни». Осень я в принципе не жалую, впрочем, я затруднялась назвать время года, которое мне по душе.

Зазвонил телефон С крайней неохотой я сняла трубку.

– Ольга Сергеевна? – спросил мужской голос. Впечатление было такое, что человек торопливо поднимается по лестнице на небоскреб и половину пути уже прошел.

– Слушаю вас очень внимательно, – вздохнула я.

– Надо поговорить, – незамысловато сообщил он.

– Надо, так говорите.

– Я... – Похоже, он растерялся. – Вы ведь занимаетесь клубом? Ну, этими убийствами?

Сонную одурь с меня как ветром сдуло.

– А вы чем занимаетесь? – спросила я.

Он усмехнулся:

– Прячусь. Сашку убили? Вы наверняка знаете.

Убили?

– Убили, – не стала я спорить, мое сердце ухнуло вниз в предчувствии удачи. – А вы, собственно, кто?

– Какая разница. То есть вы меня не знаете. Я долго работал в клубе и могу многое вам рассказать. Только мне нужны гарантии.

– Поясните, – попросила я.

– Я сам никого не убивал. В чем виноват, за то отвечу. А вы... все знают, что вы...