Большой куш нищей герцогини

Никита у нее спросил:"

"– Когда Елизавета Федоровна тебе подарки делала, учиться определила, тогда ты ей кланялась, ручки целовала. А сейчас барыня в бегах, ничего доброго уже для тебя не сотворит. И что? Пусть все ею нажитое разграбят коммуняки? Ты теперь от Елизаветы Федоровны не зависишь и не станешь ей помогать?

Бабуле стало стыдно. Ночью они с Никитой отвезли на тележке чемоданы в господский дом. Верный слуга открыл тайный ход. Потом они спустили чемоданы, и Никита пошел проверить подвал под алтарем. Вернулся он расстроенный. Коридор, который вел из подвала дома в храм, был завален. И кофры они оставили в подземелье.

Татьяна подперла подбородок кулаком.

– Бабуля мне эту историю иногда на ночь рассказывала. И каждый раз добавляла к ней новые подробности. Я все воспринимала как сказку. Анастасия Макаровна была выдумщица да шутница. Любила она меня разыгрывать. Придет домой вся красная. Я к ней бегу.

– Бабуля, почему ты вспотела?

Она в ответ:

– Ой, внуча! Иду сейчас через лес, а из кустов… Змей Горыныч! Как закричит: «У-у-у!».

Я с визгом под кровать бросаюсь.

Рассказчица засмеялась.

– И ведь верила я ей. А когда повзрослела, перестала. Историю про чемоданы посчитала очередной сказкой от Анастасии. Но потом…

Питирима прикрыла глаза.

– Много лет прошло. И много чего за те годы случилось. Арина погибла по вине пьяного мужика. Иринарх тогда уже стал Игорем Петровичем, остался с крохотным сыном Антоном. Ребенка он сдал в круглосуточные ясли. Потом на лето взял да привез его в Муркино. Без предупреждения. Вошел в избу и говорит:

– Таня, посиди с малышом.

Вот здорово! Ответила я ему:

– О таком заранее договариваются, ко мне народ по записи ходит. Некогда с мальчиком тетешкаться. И он в ясли ходит.

Морозов давай меня упрашивать:

– В группе он с понедельника по пятницу. В выходные дома. Мне подработку предложили. Деньги позарез нужны. Ну, посиди, пожалуйста! Заберу Антона в воскресенье вечером, он смирный.

И что было делать? Пришлось согласиться. На дворе стоял ноябрь. Я Игорю строго сказала:

– Мне никто не помогает. Ни ты, ни братец твой. Никогда ничего не привезли, даже шоколадкой не угостили. Я не обижаюсь ни на кого, но раз вы со мной так, почему я должна вам помогать? Выручаю первый и последний раз. Не рассчитывай мне малыша на будущее лето спихнуть, с первого мая я в лагере «Ежик с фонариком» работать начну. Всегда на сезон к ним нанимаюсь.

Говорю, а сама думаю: а в этом году он откроется? В прошлом-то не работал, ремонт затеяли, не закончили, бросили. Раньше-то! Закроется сезон в сентябре, тут же рабочие придут, профилактику сделают, отопление проверят, газ, электричество, на зиму законсервируют. И с ноября топят помаленьку, чтобы не выстудилось здание.