На перекрестке больших дорог

– Я сильнее, чем ты, – сказала она с угрозой. – Если ты не пойдешь за хозяином, клянусь, что выйду отсюда сама. Желаешь ты того или нет, прямо в одной рубашке.

Решительный вид Катрин вынудил старуху выйти из комнаты, тщательно прикрыв дверь. Катрин подошла к маленькому окошку, приподнялась на цыпочки, чтобы посмотреть во двор. Из своей кровати, освещенной узким лучом света, она видела только полоску замечательного синего неба и чувствовала свежий воздух, который проникал в комнату через овальное окно уже нагретым и ласковым.

Она увидела блестящую ленту реки, зеленую траву и несколько деревьев на острове Сен-Жан. Какая-то птица прочертила небо быстрыми крыльями, и Катрин охватила сумасшедшая мысль: сбежать из этой крепости, окунуться в самую гущу этой пробудившейся, победоносной весны. Ее проснувшаяся молодость настоятельно требовала жизни, сметая одним ударом жажду мщения, амбиции, заботу о завтрашнем дне. Ах! Вот если бы иметь совсем маленький домик с цветущим садом и жить в нем спокойно с сыном и любимым человеком! Почему же судьба отказала ей в таком простом выборе, предоставив его многим женщинам?

Возвращение старухи прервало ее грустные размышления. Горничная принесла одежду. В сопровождавшем ее слуге Катрин с радостью узнала Тристана.

– Хозяин не может явиться, – заявил он нейтральным тоном, даже не глядя на Катрин. – Он разрешил, чтобы ты оделась и пошла погулять по двору. Но Криссула должна сопровождать тебя. Ты останешься под ее наблюдением и вернешься, как только она прикажет.

В голосе фламандца звучали угрожающие нотки.

– Старайся подчиняться, дочь Египта, потому что нехорошо противиться хозяину.

Катрин приняла покорный вид и скромно ответила:

– Я буду покорной, мессир. Хозяин добр ко мне. Он еще что-нибудь сказал?

Умоляющий взгляд Катрин встретился с серыми неподвижными глазами Тристана, в которых пробежала искра.

– Да, он выразил радость, что ты вернулась к нормальной жизни. Он просил передать, что сегодня вечером у короля будет праздник, но ты еще слаба, чтобы там танцевать. Поэтому он придет после праздника сегодня ночью… удостовериться, что здоровье вернулось к тебе."

"Неприятная дрожь пробежала по телу Катрин. Она поняла. Сегодня вечером Ла Тремуй явится с притязаниями на свои права. И поскольку он придет после веселого вечера, то будет пьян, даже наверняка пьян, значит, мало что будет соображать. Перспектива не радовала Катрин. Между тем Тристан, строгий и высокомерный, как подобает слуге в большом доме, вынужденному иметь дело с чернью, направился к двери. Он остановился, обернулся и, держась за ручку двери, небрежно произнес:

– Ах! Я забыл сказать, что твои личные вещи положили в кошель. Монсеньор с добротой относится к таким девушкам, как ты.