Большие Песцовые радости

Ответил за них я, пояснив что планирую утром посетить несколько магазинов.

Беспалова мне тоже мило улыбнулась и посетовала что я так ненадолго приехал. О вони в оранжерее, из-за которой ее план с диванчиками потерпел фиаско она не упоминала вовсе. Не иначе как что-то задумала. Я вовремя вспомнил, что нынче дефицита Меток у меня не наблюдается и поставил одну на княгиню. А Грекова тихо предупредил, чтобы Беспалову в оранжерею не пускали ни под каким предлогом.

Контролировал княгиню я весь остаток дня. Из особняка она никуда не уходила, вообще торчала в одном месте, у себя в апартаментах. То ли читала, то ли лазила по сети. Пару раз ее Метка вспыхивала раздражением, но, когда я подключался, слышал лишь скандал с прислугой. В основном же Метка была совершенно ровной.

В моих планах было сегодня передача Тасе пакета по целительству. Пришлось ждать, пока не только она ляжет спать, но и уснет ее мать, потому что Беспалова была бесцеремонна, а значит, могла в любой момент ввалиться к дочери и увидеть то, чего ей нельзя показывать ни в коем случае.

Поэтому я тоже засиделся допоздна то медитируя, то дочерчивая схемы для артефактного блока. Казалось, что я там излишне наверчиваю и хотелось добиться простоты. Той простоты, что и была основой настоящей артефакторики, для которой любые навороты были лишними, потому что ухудшали функциональность. Во всяком случае именно это часто повторял Песец. И я склонен был ему верить, потому что эту часть личности тот Зырянов точно передал в полном объеме.

Я закончил расчеты и изобразил на бумаге блок в его окончательном варианте. Или еще не окончательном?

«Вот здесь еще можно убрать лишнее, — неожиданно прозвучал голос Песца. — В остальном всё идеально».

«Хочешь сказать, получится идеальный артефакт?»

«Пока что только блок визуализации. И то, если ты все сделаешь правильно».

Пришлось поверить ему на слово. Пока я не видел лишнего в том месте, на которое указал Песец. Но думать об этом буду завтра или в самолете, потому что сейчас как раз появилась возможность пойти к Тасе: ее мать наконец уснула.

Глюку, который не спал и с удовольствием бы со мной прогулялся, я наказал ждать и под невидимостью выскользнул из башни."

"Было уже поздно, поэтому в коридорах никого не было, так что до комнаты Таси я дошел, не пытаясь от кого-нибудь увернуться. Внутрь я проник коротким порталом через дверь и только сейчас осознал, что пробрался ночью в комнату к спящей девушке. Если меня здесь засекут, ситуация будет выглядеть двусмысленной. Но с моими навыками засечь меня практически невозможно, а неприличных намерений у меня не было.

Хотя неприличные желания повинились, стоило увидеть спящую девушку. Одеяло с нее сползло, а шелковая пижама весьма завлекательно очерчивала все изгибы тела.