Большие люди

А ведь и правда — Серега трезвый в Гришке души не чаял, играл с сыном, баловал игрушками, когда бывал с деньгами. Но — не поверила. Не поверила и не простила.

Спустя год после развода Сергей Свидерский пьяный насмерть замерз в сугробе.

А еще спустя полгода своего уже пост-разводного вдовства Нина второй раз вышла замуж. Тогда она думала, что это огромное счастье — что на нее, разведенку с четырехлетним пацаном, кто-то обратил внимание. И думать долго не стала — сыну нужен отец, мужская рука. Тем более, Александр был вполне себе ничего. Конечно, по сравнению с первым мужем — мелковат, ну так муж — это не курица на суп, чтобы на размер внимание обращать. Зато Сашка был балагур, весельчак, с ним было легко. И не пил. В смысле, выпивал, конечно, но как все нормальные мужики — только по праздникам, да и остановиться мог всегда, не дурел. Вот только с работой у Саши не ладилось. Был он по специальности электромонтером, и все ему везде было не так. Там начальник дурак, тут платят мало, там от дома добираться долго, тут на него смотрят косо. А потом ему и вовсе какой-то добрый человек расписал, как хорошо на северах. И сколько там платят. И на семейном совете было решено ехать за длинным рублем. Но уехал Саша один — Нина была на сносях, и они договорились так: он уедет, найдет работу, обживется на новом месте. А Нина потом, после родов, когда младший ребенок немного подрастет, с обоими детьми приедет к мужу.

Когда Гошке было три недели, пришла телеграмма от Саши: ""Не приезжай. Я встретил другую и полюбил. Подаю на развод. Прости. Алименты на сына платить буду"".

Так и осталась Нина во второй раз одна, теперь уже с двумя сыновьями на руках. На том ее опыт семейной жизни прекратился. Хорош дурью маяться, ей теперь пацанов надо поднимать.

____________________

Он казался Гошке невозможно прекрасным. Гоша боготворил его. В старшем брате Гошке нравилось все — и то, что он самый высокий и крупный среди своих друзей, и его манеру постоянно держать руки в карманах штанов, и то, с каким независимым видом он переносил очередную выволочку от матери за двойки. Он был для него всем — Богом, центром мироздания, человеком, которого он любил, пожалуй, едва ли не больше, чем мать — любил, обожал, преклонялся. Только было одно ""но"". Старшему брату он был на фиг не нужен.

Гоша пытался увязаться за старшим при малейшей возможности — ему казалось безумно увлекательным все, что делает Гришка. Брат так же упрямо пытался отделаться от младшего, иногда грубо. И еще наградил его таким обидным для младшего прозвищем ""Жоржета"". И нежелание видеть его, Гошу, рядом с собой, было совершенно явным. Но Гошка ничего не мог поделать — несмотря на такое пренебрежительное отношение брата, он тянулся к старшему, как подсолнух за солнцем.