Большие дела

Сейчас прекрасная возможность от него освободиться!

— Егор! Какой ты баран упёртый! Если он скажет, что это ты, они тебе всю жизнь переломают. Нет! Я не хочу, чтобы из-за меня у тебя…

— Ирина! — перебиваю её я. — Остановись! Я знаю то, о чём ты даже не имеешь представления. Я видел таких мудаков, как он. Если только покажешь слабину, он будет бить в неё снова и снова раз за разом. Если увидит, что я тебе небезразличен, он будет выматывать тебе все жилы, а ещё будет тебя избивать, за это. Сначала будет бить так, чтобы никому не было видно, а потом совсем оскотинится и перейдёт все границы. Слушай меня. Я тебе говорю совершенно серьёзно, я ему глотку перережу, если ты к нему сунешься. Я узнаю, не думай. У меня там знакомый лежит в соседней палате. Он всех сестёр уже коррумпировал. Они сразу донесут. Ты слышишь меня? Я не шучу. Не хватало ещё, чтобы твоё имя трепали в связи с этой мразью.

Она смотрит на меня широко открытыми глазами и даже чуть приоткрытым ртом.

— Егор… ты что… правда готов убить за меня? — наконец спрашивает она.

Блин… перебор вышел… Слишком убедительный монолог получился.

— Да, Ириш, могу. И тебя тоже, если не послушаешь.

Она не реагирует, задумываясь.

— Слушай, — наконец, возвращается она из мира блуждающих мыслей. — А как ты думаешь, какая разница в возрасте у Галины и Бориса?

Опаньки, куда это нас занесло.

— Семнадцать лет, — уверенно говорю я.

— Нет, знаю. Она мне сама сказала.

— Когда это? — хмурится Новицкая.

— Когда мы с ней уединялись в кабинете.

— Балбес ты, Брагин. Дитё малое, честное слово.

— Но мы не знаем точно, любовь у них или только дружба. Галя говорит, дружба. С другой стороны, она дама замужняя, что она ещё сказать-то может…

Мы сидим ещё какое-то время и даже съедаем по эклеру и выпиваем по чашке кофе.

— Ты поняла меня? — спрашиваю я на прощание.

Она ничего не говорит, только вздыхает, показывая, что не по своей воле подвергает меня опасности быть отданным в руки милиции.

Когда мы выходим, она замечает Пашу с Игорем.

— Ой, Павел, здравствуйте, — говорит она. — Какое совпадение. Вы тоже это кафе любите?

— Мы с ребятами шли по делам, — поясняю я. — А когда мы с тобой поговорили по телефону, нам пришлось поменять намерения.

— Ой, простите меня, — кивает Новицкая. — Я даже не знала, что ваши планы сбила… Егор мне не сказал…

— Ничего, — милостиво извиняет её Паша, — мы всё наверстаем, это не проблема.

Ирина уходит вершить комсомольские дела, а мы с моим маленьким корпусом стражей контрреволюции едем к Скударнову.

— Ну что, Даниил Григорьевич, — говорю я осматриваясь. — Кабинет у вас хороший, сразу видно большой начальник заседает.

На самом деле, кабинет не такой уж и большой, и хвалю я его лишь из вежливости.