Большие дела

Он пытается что-то объяснять, но его не слушают и волокут в сторону отделения. Милиция не имеет права задерживать сотрудников КГБ, только в самых исключительных случаях. Но они ничего не боятся, знают, начальство прикроет.

Эти уроды промышляют тем что грабят задержанных. Обычная практика. Двух человек, если память не изменяет, они убили, а сколько избили и обобрали — не сосчитать.

Я еле сдерживаюсь, чтобы не отдать команду штурмовать отделение. Мы можем уделать этих уродов за пару минут, они и ойкнуть не успеют, но мне нужен состав преступления и поэтому майору Афанасьеву придётся пройти через тяжёлые испытания.

Ненавижу себя за это. Политика, как всегда, строится на кровавых жертвоприношениях. Сколько людей убили политики, чтобы добиться своих целей? Афанасьеву умереть сегодня я не дам, но и легко ему не будет.

— Александр, — говорю я командиру своего отряда. — Оставайся здесь. Без команды ничего не предпринимай. Наблюдай так, чтобы тебя не видели. Если прибудут менты или конторские, не встревай. Ясно?

— Ясно, — кивает он.

Ну, а теперь, нельзя терять ни секунды. Мы с Игорем бежим к машине и возвращаемся в гостиницу. Быстрее, Сергей Сергеевич, быстрее!

Я вбегаю в казино. Здесь веселье в разгаре. По сцене ходят красотки в роскошных платьях, взятых в Общесоюзном доме моделей одежды у Славы Зайцева. За это пришлось сделать его председателем жюри.

Но сейчас мне не до красоток. Забежав в зал, я отыскиваю взглядом Чурбанова, стоящего с бокалом коньяка и бросаюсь к нему.

— Юрий Михайлович, на пару слов, прошу вас. Очень нужно!

Он удивлённо смотрит на меня, но я не даю ему времени на раздумья и, подхватив под локоть, тащу в сторону, в закуток позади стойки.

— Где Злобин, вы его видели?

— Вон он. Да что случилось, объясни!

— Сейчас, сейчас всё объясню. Леонид Юрьевич, пожалуйста, идите сюда!

— Нашёл Мамуку? — спрашивает он.

— Нет. Слушайте. Ситуация не терпит отлагательств. В настоящий момент, вот прямо сейчас, в пятом линейном отделении милиции на станции метро «Ждановская» вершится преступление. Сотрудники отделения избивают майора КГБ Афанасьева. Они его убьют и выбросят тело. Они так уже поступали с другими людьми.

Чурбанов и Злобин оба смотрят на меня так, будто я сошёл с ума.

— У нас с вами есть шанс не просто спасти этого человека, но и перевернуть мир!

— Щёлоков не даст провести расследование, — тут же отвечает Чурбанов, ухватывая мою мысль.

— А если следствие поведёт КГБ, — возражает Злобин, то он ничего не сможет сделать. И тогда мы его просто завалим.

— Стойте! — почти кричу я. — Не завалим. Щёлокова, пока жив Брежнев, никто не завалит. Забудьте. Мы его не завалим, а используем. Юрий Михайлович, нужно действовать совместно с КГБ, чтобы невозможно было всё замять.