Большие дела

 — Ты чего, охренел? Ты бы уж тогда прямо послезавтра и сказал, принёс бы чемодан и сказал, типа вот. Такие вопросы надо же заранее решать!

— Так я сам практически только узнал. Я ведь не просил, не заказывал, но Ферик решил, что он лучше знает, нужно мне или нет. Я, теоретически, могу отказаться, наверное. Но больше тогда не получится к нему обращаться…

Злобин долго и довольно искусно матерится. Настроение у него портится и в пельменную он не заходит. Говорит, чтобы я позвонил ему завтра утром и быстро, шагая навстречу ветрам в стиле Петра Великого, уходит прочь. Ну, а мы с Игорем, шедшим всё это время поодаль, от пельменей не отказываемся, тем более, что у нас дома уже пятый час по полудни. Тут не только об обеде, впору об ужине задуматься.

Хорошенько поев, мы возвращаемся в гостиницу. По пути я размышляю с кем нужно сегодня встретиться и какие проблемы обсудить. Мы уже входим в фойе и идём к лифтам, как вдруг я замечаю тень, бросающуюся в нашу сторону.

— Егор Андреевич, — чеканит слова, надвигающийся на нас человек. — Не торопитесь. Есть разговор.

Путь нам преграждает Дольф Лундгрен, помощник Плешивцева, настоящий Иван Драго. Сегодня он в штатском, но от этого менее решительно не выглядит. Челюсти сжаты, брови нахмурены, в глазах сталь.

— Пройдёмте! — сурово чеканит он.

25. Мамаша Бейкер никогда не плакала

В голове всплывает сюжет из Рокки — бац, бац и снова бац. Но Роки в исполнении капитана Трошина кулаками махать не спешит.

— Что значит, пройдёмте? — хмурюсь я. — На основании чего? Где мой законный представитель? Где бумаги? Просто так «пройдёмте» не получится, это я вам со всей уверенностью заявляю.

В доказательство тщетности попыток Трошина-Лундгрена Игорёк вплотную приближается к нам и обозначает свою чёткую позицию: сначала придётся устранить меня. Его то есть.

— Нет-нет, — вмиг идёт на попятную капитан. — Я не правильно выразился. Я просто поговорить хочу.

— Говори, раз хочешь, — пожимаю я плечами.

Он оглядывается по сторонам и неуверенно добавляет:

— Здесь неудобно. Давайте в кафе пройдём…

— В кафе? — переспрашиваю я и позволяю бровям полезть на лоб. — Серьёзно? Игорь, ты слышал? В кафе… Ну ладно, товарищ капитан, можно и в кафе. В какое?

— Да здесь же, в гостинице…

Хм… Неожиданно. Я полагал, что сейчас будет предложено выйти на улицу и куда-нибудь двигать. И что бы там случилось по пути совершенно неясно. Но здесь, в гостинице…

— Хорошо, — киваю я, — можно и в гостинице.

Только не в казино, естественно. Может он специально вынюхивать припёрся. Мы поднимаемся наверх, проходим в кафе и садимся за столик. Не терраса, но тоже неплохо. Высоченный потолок, официанточки с иголочки. Белые скатерти, респектабельная публика. Выглядит всё весьма буржуазно.