Болевой порог. Вторая чеченская война

Холодный свет луны и яркие звёзды уже не имели ничего общего с красотой. Теперь всё, что окружало солдат, говорило о смерти. Каждый звук в лесу говорил о том, что они здесь чужие.

– Страшно, а, броня? – усмехнулся Ренат. – Погуляешь с нами, поймёшь, что такое пехота. Вы ведь даже окопов не рыли никогда. Танк сам зарывается, да?

– Да, – ответил Андрей, – сам. Но это не значит, что мне слабо с вами по лесу. И не виноват я, что для пехоты ростом не вышел.

– Кто ж тебя обвиняет-то? Успокойся. Нам самое главное, чтобы ты с брызгалки своей стрелял метко.

– Не брызгалка, а автомат Калашникова укорочённый, – обиделся танкист.

– А я говорю – брызгалка, – с улыбкой шептал Мустафаев. – Десять минут боя, и бьёт хуже рогатки. От него прикуривать наверняка удобно, если зажигалки нет.

За следующей белоснежной шапкой, сквозь которую торчали редкие кусты орешника, послышался лай собак. Лес заметно редел с каждым солдатским шагом. Остановились у старого дуба, отчётливо улавливая в воздухе запах дыма. Лейтенант снял с плеча автомат и в три прыжка влез на дерево. Ловко перебирая цепкими руками толстые ветви, офицер забрался довольно высоко. Замер там наверху, чем вызвал испуг у ребят. Бойцы обступили дерево, уставившись вверх, затаили дыхание. Синицын так же ловко спустился вниз. Осторожно притянул плечи солдат ближе к себе.

– Там они, много. На чердаке крайнего дома какой-то мудак курит. Если это снайпер, то у него точно ПНВ имеется. А где снайпер, там и пулемётчик. Обойти село – это ещё километра три. И не факт, что туда, куда нужно, идём, хлопцы. Где наши? Слева или справа?

– О координатах они ничего не говорили, – ответил растерянно Мустафаев.

– Ещё бы, – взглянул на часы Игорь. – Где нам этот «Маяк» искать? Так до утра ползать будем. Ладно, движение – это жизнь, ребятки. Обходим село по флангу и втягиваемся в глубь леса. Держимся от дороги как можно дальше. Не наткнёмся на своих, до упора идти будем. Нельзя на месте стоять. Вперёд.

В эту секунду по ту сторону села в небо взлетели три жёлтых звёздочки осветительных ракет. Взлетели почти синхронно, зажигая в сердцах бойцов последнюю надежду.

– Вот он, «Маяк», пацаны, – хлопнул с радостью по плечу танкиста Игорь, чуть не сбив бойца с ног.

– Наши, наши, – шептали солдаты, наблюдая за тем, как гаснут ракеты.

– Я знал, товарищ лейтенант, что мы не потеряемся, – не унимался Кожевников. – Катерина, я иду, родная, – бубнил он себе под нос."

"– Ну, чего запели, зелень? – строго оборвал солдат Синицын. – До своих ещё добраться нужно.

Осторожно, не спеша, обходя кусты и тропы, от дерева к дереву шли бойцы. Замирали по взмаху руки лейтенанта и продолжали движение по его команде.