Боксер, Пашка, я и космический отщепенец

Мы втроем проследовали за Наши.

В рубке царило оживление, даже длинный врач сидел тут и что-то тихо шипел, прижав пальцы к правому уху. Мужчины сосредоточенно переговаривались между собой и с со своей техникой, изредка кидая взгляды на нас с Пашкой и Адольфом, скромно примостившихся в уголке. Машка сидела прямо перед тремя экранами и таращила свои плошки на правый. Любопытно, откуда она узнала, что мы подлетаем к какой-то там планете? Или она не знала.

В любом случае смотрела она верно, поскольку именно там разворачивалось самое интересное. В кромешной темноте приближался большой освещенный ровно наполовину шар, затянутый плотной пеленой, которая то и дело вспыхивала разрядами молний. На ум пришло единственное знакомое из курса экологии определение - атмосфера. На освещенной стороне поверхность имела серые, бурые, грязно-охристые оттенки, которые, находясь в постоянном движении, перемешивались и сменяли друг друга, рождая причудливые узоры. Из-за самой планеты выглядывал край небольшого шара, рассмотреть который не получалось. Может спутник? Не знаю.

Пашка потянул меня к креслу Сишати. Я дернула его на себя.

- Мам, я спрошу, - прошептал он.

- Не надо, - еще тише ответила ему я.

Капитан услышал, глубокие ночные глаза внимательно взглянули на меня. Я затаила дыхание. Он перевел взгляд на сынку.

- Это система красного карлика. Я тебе говорил, мы сюда летим.

- Это планета?

- Да.

- А как называется?

Сишати прощелкал что-то безумно сложное и длинное.

- Ш-ш-ш... чего? - не понял ребенок.

Мужчина улыбнулся, от этой улыбки у меня сердце провалилось в желудок. Как сказала бы Луня: кто-то тут втрескался по самые лопухи!

- Назови ее сам, как хочешь. Не знаю, известна ли она низшим или еще нет.

Ребенок просиял.

- Тогда ""Наташа""! Как маму!

Я покраснела. Что-то последнее время я начала слишком часто это делать. Капитан снова взглянул на меня.

- Наташа, - он впервые в жизни произнес мое имя, мягко, шипя, нараспев. И, кажется, мне понравилось. По крайней мере, испытанное мной чувство эйфории точно возвещало об этом. - Хорошо.

Наши развернулся в кресле и обратился к капитану. Тот тут же откликнулся, нахмурился, отдал Кагараши короткий приказ. Врач подпрыгнул с места и на всех парах понесся в нашем направлении, мы с Дольфом от неожиданности отступили к стене. Пашка таких мелочей не пугался. Подлетев, парень схватил нас за руки и поволок за собой. Я уперлась пятками в пол.

- Идите, он вас посадит, - услышав пояснение Сишати, я расслабилась и перестала сопротивляться. Он подвел нас к пустому полу слева от капитана.

- Куда? На пол что ли? - пробубнила я."

"- Мам, смотри! - ребенок указывал пальчиком на вдруг вылезшие сантиметрах в шестидесяти друг от друга два пустых прозрачных мятых пакета.