Бойцы Данвейта

 — Ну, падла, влипли! По самые помидоры!

Развернув счетверенные пушки, они с Кро открыли огонь. Вальдес, чувствуя, как холодеет в животе, заложил крутой вираж и устремился прочь от серого призрака. Набрать скорость, прыгнуть в Лимб, вынырнуть и вызвать помощь… Пожалуй, других вариантов не было.

— Послано оповещение, — Тонкий голосок «Ланселота» раздался в рубке. — Бейри «Жанна д'Арк» прибудет через четыре минуты двадцать две секунды. Через пять-шесть минут — штурмовики «Рамсес» и «Ганнибал», через тринадцать минут — корабли Конвоя Сайкса.

— Раньше нас поджарят, — пропыхтел Птурс. Оба орудия бейри извергали поток снарядов, и в носовой броне дредноута уже зияла изрядная дыра. Но корабль был слишком велик и слишком живуч; для поражения всех уязвимых точек требовалось время или большее число орудий. Ни того, ни другого Вальдес не имел.

Беззвучная яркая вспышка пламени смахнула с экранов космическую тьму. Дредноут ударил из двух десятков башен, и раскаленные струи плазмы слились единой огненной рекой, тянувшейся будто из жаркого центра Галактики. Оранжевый вал катился вслед за «Ланселотом», и чудилось, что стена огня одну за другой слизывает звезды и обращает в пар туманности. Искусственный разум бейри уже оценил опасность — над консолью скользнули световые блики, сигнал, что защитное поле выведено на максимум. Удержит? Не удержит?.. Вальдес, согнувшийся над пультом, бросил корабль в сторону и вниз. Кро с Птурсом прекратили стрелять — снаряды, не достигая цели, взрывались в плазменной волне.

Их задело по касательной. Край огненного шнура рассек защитное поле, лизнул трубу разгонной шахты, и рубка озарилась тревожным всполохом.

— Контурный двигатель выведен из строя, — пискнул «Ланселот». — Задействован ремонтный модуль. Время ликвидации аварии…

«Слишком большое, — мелькнула мысль у Вальдеса, — в Лимб не уйти». Но привычное покалывание в пальцах не исчезло, скорость с каждой секундой росла, и значит, гравитаторы были в порядке. Их последняя надежда! Сейчас он мог рассчитывать лишь на маневренность и быстроту бейри, как гончий пес, схватившийся с медведем. На секунду его разум и чувства покинули тесный отсек и словно сконцентрировались в пустоте; он видел крохотную мошку, что убегала от бронированного дракона, ощущал, как бьется пламя в чреве чудища, предвидел, когда его струи вновь затопят мир. Это должно было произойти через несколько мгновений. Отсчитав их по биениям сердца, он взмыл вверх и развернулся к преследователю.

Залп дредноута не сжег их, даже не опалил — плазменная жаркая река прокатилась ниже, распалась на струи-молнии и угасла.