Боярышня Дуняша 2

— Сделаем «Взлёт» крупнее, — не слыша её слов, но догадываясь по лицу Дуняши, что она в восторге, начал говорить он. — Поставим «Взлёт» на вездеход и будет он у нас летать! — торжественно объявил боярин и его люди одобрительно загомонили.

— Не, не будет, — покачала головой Дуняша и изобразив огорчение, пояснила: — Он слишком тяжёл.

— Тогда другую штуковину придумаем, и она будет летать! — с упрямством возразил Кошкин.

— Не, она не будет летать. Возможно, немного приподниматься вверх, но на этом всё.

Все замолчали и смотрели на Дуню, как на врага человечества, а она ради них же говорила правду. Слишком дорогое удовольствие в это время проводить заведомо неудачные эксперименты. Поэтому лучше горькая правда сейчас, чем потом сказать: «Я так и знала».

— Не понял, — вновь набычился боярин и при его сотне с лишним килограммов выглядело это устрашающе.

— Ну, если соединить «Взлёт» и вездеход, то, возможно, он сможет немного приподняться над землей… — Дуня глубокомысленно наморщила лоб и выдала: — …из-за разницы воздушного давления… ну, я так думаю. Просто приподниматься, а не летать.

— Ты… — процедил Петр Яковлевич, — вот хрена ли ты так! Я тебя позвал, чтобы ты выдала гениальную идею, а ты режешь всё на корню.

— Да я ж тебе серебро экономлю! — возмутилась она. — Ну скажи, разве я не права? Сам подумай!

— Да вижу уже, что права, но… — он расстроенно махнул рукой и отвернулся.

— Да ладно тебе, — примирительно произнесла Дуня, — другие и этого не смогли бы сделать, а у тебя прямо как по писанию, сначала была мысль, потом слово, а там и дело подоспело.

— Ох, Дунька, — вздохнул Кошкин, — не зря к тебе священники приглядываются. Болтаешь чего ни попадя.

Он с тоской посмотрел на модель «взлёта» и весь как-то даже похудел. Ещё пару мгновений назад был сияющим полновесным кабанчиком, а сейчас обмяк.

Дуня подошла к устройству и, проигнорировав сердитый взгляд юного испытателя, попыталась разобраться в том, что мастера нагородили.

Она вела пальцем от одной штуки к другой. Вроде всё понятно и наглядно. Такие колесики ещё Ванюшка использовал, когда делал со своим дядькой большую гусеницу. Но дальше «понятно» у Дуни не шло. Наверняка есть какие-то другие придумки, которые заменили бы всю эту массу штуковин, но она не знала. Это совсем не её тема.

Запах пота, шедший от пацана, защекотал нос, и она чихнула, потом ещё и ещё.

— Фу! — выдохнула она и свирепо почесала кончик носа. Дуня хотела прогнать недоросля, чтобы не мешал дышать, но тут её взгляд отметил крепкие ноги пацана.