Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 29

Мертвецы встают, и некромант хлопает в ладоши, сияет, как школьник на утреннике, уверенный, что всё получилось именно у него, что именно он поднял себе солдат и шашлык в придачу. Тем сильнее его удивление, когда через пару секунд один из мертвецов просто поворачивается, делает шаг, тянется вперёд с молниеносной точностью и сворачивает ему шею.

Оставшиеся двое узников отшатываются и собираются драпать. Явно умные безумцы, и я чувствую в них энергетические отголоски некромантии. Тоже попытались поднять трупы, но сообразили, что не получилось. Потому и разворачиваются к пустому проходу, да в следующую секунду их разрубает подскочившая Змейка. Зря я их похвалил: значит, не совсем умные, раз додумались повернуться спиной к Горгоне.

И на этом всё.

Я мысленно кидаю команду мертвецам:

— Топайте прочь.

Мертвецы разворачиваются и покорно исчезают в глубину туннеля. Гюрзу явно поразило, что я ещё и некромантию использую, хотя, постойте, нет, кажется, она не поняла, что случилось.

— Данила, почему они натравили умертвий друг на друга? — в раздумьях спрашивает леди-дроу.

— Обезумили в темноте и не соображают, — пожимаю плечами.

Леди Гюрза, конечно, милая и ради меня бросилась под пулю на празднике, но лучше сохранить побольше козырей в тайне от Змеиного рода.

А тот бородач всё так же сидит. Только теперь водит туда-сюда белёсые, ослепшие глаза из стороны в сторону. Змейка уже получила приказ его не трогать, потому отходит в сторонку вытереть когти об стену. Сейчас замечаю, что у него нога сочится кровью. Потому, видимо, здоровяк и не боролся — решил что раз ходить не могу то и сдамся судьбе.

Гюрза смотрит на безумного бородача брезгливо:

— А этого почему не добьёшь, Данила?

— А я детей не убиваю, — замечаю.

Гюрза вскидывает правую бровь и недоумённо смотрит на того, кто сидит в пыли лабиринта. Массивный, бородатый, под два метра ростом. Грудь в шрамах и рубцах, пальцы обкусанные до крови, ногти обломанные, глаза стеклянные.

— Я бы не сказала, что он ребёнок, — замечает она.

— Он попал сюда в детсадовском возрасте, — поясняю. — И, учитывая, что всё это время он сидел в темноте и был занят одним лишь выживанием, то и сознание у него — как у ребёнка."

"Дело в том, что я уже иду по его памяти. Приятного мало, ух как мало. Сплошные завалы боли и ужаса. Хотелось бы уже бросить, но раз взялся — то надо досмотреть, да и интуиция настойчиво подсказывает быть последовательным. Всё же прослеживаю то, что спрятано за годами, проведёнными в Лабиринте. Чай не маленький, психика у меня крепкая.

— А ещё он законный король Острова Некромантии, — добавляю между делом.

Гюрза округляет глаза:

— Ты серьёзно?

— Хочешь — сама посмотри, — киваю. — Сомнений нет.

Она тут же морщится:

— Нет уж.