Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 29

Он, судя по ощущениям, почти целиком состоит из плотной Тьмы — не из плоти в обычном смысле, а вязкой субстанции, которая получается, если спрессовать Первозданную Тьму. Телепатия — дело сложное, к каждому виду разума свой подход. А местные твари вообще не имеют нервных окончаний. Но с десятой попытки у меня выходит. С трудом, через сопротивление, но я нахожу нужный импульс.

Разум у «пятна» простенький. Проблема именно подобрать ключ, а уж управлять им — очень просто. Я заставляю его бегать по стене, петлять, но не уходить в норы. Задача одна: дразни Змейку. Пусть попрыгает.

И он дразнит. Прыгает, ползёт, замирает — и снова ускользает в последний момент. Змейка в полном экстазе: шипит, взвизгивает, царапает стены, уже чуть не снесла кусок прохода, не устроив завал. Оскалилась, глаза светятся. Хвост колотит по камню, как у бешеной ящерицы.

Ломтик помогает змееволосой — подбадривает её визгливым тявканьем.

Гюрза, наблюдая за Горгоной, неожиданно улыбается уголком губ:

— Как кошка прямо…

Я хмыкаю:

— Все женщины как кошки.

Она переводит на меня взгляд. Подозрительный, со льдом.

— … милые! — поспешно добавляю.

Гюрза кивает довольно. Фух, это был опасный момент.

Через полкилометра тоннель снова сужается. Я первым захожу за поворот и тут же останавливаюсь. Резко поднимаю руку.

— Там ещё узники. Свежая партия. Готовьтесь.

Не проходим и две сотни метров — и почти сразу натыкаемся на шайку слепых безумцев, которых закинули сюда отбывать последние дни.

Пятеро узников обступили шестого. Тот сидит на голом камне, обхватив колени, тихий, неподвижный. Вся его поза — сплошное отрешение. Безумец, да. Но не как остальные. Какой-то он сломленный. Даже удивительно, как дожил до сегодня, или, может, недавно появился? Да нет — весь обросший и в изорванной одежде.

Пятеро вокруг возбуждённо суетятся. Один уже достал костяной нож — гладко сточенное ребро, похоже, человеческое. Возможно, из кого-то из предыдущих узников, кого уже пустили на суп. Потому что еда тут — это ты сам или сосед. Кормят, мягко говоря, скудно. По сути — друг другом.

Они готовятся его резать. Что ж, сидящий бородач меня заинтересовал. Телепаты слишком любопытные, чтобы дать кого-то загубить, прежде чем прочитал его мысли. А мёртвых мы, к сожалению, читать не можем.

Обрушиваю псиудар сразу на двоих — тех, что с ножами, — и они валятся на землю одновременно, без крика, без сопротивления, как куклы с перерезанными нитями, и, не теряя ни секунды, поднимаю их обратно — в виде нежити, потому что уже замечаю, как один из оставшихся тянется к их телам, некромант, с характерным энергетическим всплеском, собирался оживить — да не успел, хаха. В Лабиринте Первозданной Тьмы хлебалом не щёлкают.

И в этом был свой фарс.