#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 22

Я убедил Кутузова, что спорить со мной бессмысленно. У меня ведь остаётся важнейшая цель – расправиться с Демоном. А генерал точно не хочет быть тем, кто будет мне в этом мешать. Потом ещё оправдываться перед Царём…

* * *Руины Северной обители, Антарктида

Ледзор лежит на леднике, голый по пояс, раскинув руки за голову. Под ним круглая ледяная глыба медленно дрейфует у берега, скрипя и потрескивая. Вокруг стылая вода, холодный ветер и полное отсутствие беспокойства. Идиллия.

Бер подходит к краю льдины, складывает руки на груди, наклоняется вперёд и возмущённо орёт:

– Ты чего опять прохлаждаешься?! Почему не проверяешь патрули?!

Ледзор даже не открывает глаза, лениво отмахивается:

– Да я и тут на патруле.

Бер уже разевает рот для нового окрика, но в этот момент Ледзор резко вскакивает, хватает топор, заносит его резким движением и со всего размаха рубит кого-то в воде.

Раздаётся глухой удар, волна разлетается брызгами. Когда Ледзор выдёргивает топор обратно, на его лезвии висит огромная рыбина.

– Хо-хо, попалась!

Рыба судорожно дёргается, но уже поздно. Ледзор небрежно отшвыривает её в сторону, где уже лежит целая гора свежевыловленной добычи.

Бер ошарашенно смотрит на груду рыбы.

– Это что…?

Ледзор хохочет, хлопая себя по животу:

– Это? Это рыбка нам на ужин.

Небрежно кивает на кучу:

– Рыбки захотелось, хо-хо. Вы с Зелой рыбу едите? Или у ушастых табу?

Бер оценивающе осматривает улов, кивает, всё ещё переваривая увиденное.

– Почему это табу? Едим…

Молчит, смотрит на лёд, на воду, потом снова на Ледзора. Фыркает, ухмыляется:

– Знаешь что… давай-ка ты лучше здесь попатрулируешь, и правда!

Ледзор довольно ухмыляется в ответ, снова ложится на лёд, закидывает руки за голову и блаженно прикрывает глаза.

Бер разворачивается, уходя:

– А мы там и без тебя справимся.

* * *После отъезда Кутузова я почти сразу зову к себе Лидию Николаевну. Занимаю первый попавшийся кабинет в Кремле – небольшое помещение с массивным письменным столом и тёмными портьерами. На столе валяются бумаги с записями о закупках – посуда, занавески, какие-то хозяйственные мелочи. Всё свалено в кучу, будто последний обитатель этого кабинета ушёл в спешке. Похоже, тут сидел завхоз или кто-то из хозяйственного отдела.

Лидия входит осторожно, словно ожидая неприятностей. Дрожит, напряжённая, взгляд метается, цепляется за детали комнаты, будто ищет выход. Бледная, губы плотно сжаты.

Я не тороплюсь, даю ей секунду привыкнуть.

– Госпожа Лидия Николаевна, сразу скажу, ничего вам не угрожает.

Пауза. А может, стоило вообще не упоминать?

– Да, спасибо, Данила Степанович, – голос тихий, но ровный.

– Всё ли вас устраивает в вашем размещении?

– Да, большое спасибо, комфорт тот же, что и до моего плена.

– Рад слышать.