Боярич

 – В общем, это жалоба по поводу кулинарного клуба. Вроде как помещения, где готовились блюда, не проверялись на соответствие саннормам, нет заключения о качестве исходных продуктов… Короче, если ей дадут ход, то клуб может и закрыться…

– Поня-атно. Ладно, разберемся. И… спасибо, Лень.

Плохо, конечно, но не смертельно… Черт, да что такое творится-то, а? Нервяк не проходит, скорее, даже усиливается. Что-то не так. Совсем не так… Хм, спросить?

– Да ладно, о чем речь! Если что, приезжай, отец обещал помочь разобраться в ситуации… – Заместитель улыбнулся. – И слушай, скажи Ольге – пусть включит наконец браслет, а то Раиса со вчерашнего вечера до нее дозвониться не может.

Та-ак. Я на миг завис, пытаясь осознать то, что услышал от Леонида. А когда справился с собой и вновь взглянул на экран браслета, увидел побледневшее лицо Бестужева-младшего. Кажется, он что-то понял. Ладно. Потом.

– Да, – Леня резко кивнул. – Сейчас позову.

– Не надо. Я перезвоню ему… сам.

Отключив картинку, я постарался успокоиться, но, поняв, что одного желания недостаточно, занялся дыхательной гимнастикой. Привычное упражнение быстро вымело из черепушки заполошно мечущийся калейдоскоп каких-то догадок и идей, и, взяв под контроль взбунтовавшиеся чувства, уже через пару минут я вновь оказался способен трезво мыслить… Относительно, конечно, но и это лучше, чем ничего. Пальцы словно сами по себе набрали знакомый номер, и передо мной возникло хмурое лицо медведеподобного боярина.

– Да. Леонид сказал, что Раиса не может дозвониться до Ольги. Это правда?

– Хм… то есть… ты хочешь сказать, что моя дочь не у тебя?

Да, скорость мышления – это у них явно семейное.

– Именно. Я не видел ее со вчерашнего утра. С того момента, как отвез Ольгу на учебу.

– А после обеда один их охранников повез ее по магазинам. Потом был короткий звонок с предупреждением, что вернется утром… и маячок ее браслета до сих пор подает сигнал из твоих владений, – хмуро проговорил Бестужев…

Вот даже как?! Стоп… Успокоиться, взять себя в руки…

Не отключая браслета, я сосредоточился на ощущениях и начал мысленно «отсекать» все известные мне в доме артефакты…

Коммуникатор Ольги нашелся на крыше дома. Немудрено, что я его не чувствовал раньше. Маяк работает в импульсном режиме и подает сигнал раз в три минуты. А моему чутью для проверки дома на закладки хватает сорока-пятидесяти секунд, по истечении которых я старательно отрешаюсь от «артефактных» возмущений… Вот так, вскрылась «дырка» в моей системе безопасности. Впредь надо будет учесть такую возможность. Ведь маяк – это не единственная функция, которую могут нести «спящие» артефакты… Стоп. Отставить. Это сейчас не суть важно.