Боги, пиво и дурак. Том 7

Руки тоже начинали наливаться свинцовой тяжестью и неметь.

Что-то явно мешало мне окончательно завершить переход.

— Нергал! Ли! Вы здесь? — крикнул я.

Но в ответ услышал приглушенное невнятное бормотание.

— Эй?.. — позвал я бормочущего невидимку.

— Голод сущности отражает истинную сущность сущности… — уже более разборчиво услышал я в ответ. — Имя сущности есть тень голода сущности. Потеря имени есть потеря понимания голода сущности. Смертная сущность с потерянным именем по сути своей слепа. Слепа. Бессмысленна. Бесполезна. Не знает сути. Не понимает голода…

Сотот?"

"— Эй, это я, твой недавний гость! Ты меня слышишь? — крикнул я уже погромче, снова безуспешно пытаясь двинуться вперед. — Я узнал твое имя!

Между тем Сотот еще громче и четче продолжал:

— Бессмертная сущность с потерянным именем… Бессмертная сущность с потерянным именем ищет себя во вселенной. Создает себя заново. Создает вселенную заново… Зачем ты пришел? Зачем тревожишь меня?

— Я знаю твое имя! И хочу рассказать тебе, кто ты! — крикнул я. — Но никак не могу войти!

— Не можешь. Потому что я не хочу. Смертная бессмысленная сущность мешает бессмертной потерянной…

Мне стало обидно.

— Почему это я — бессмысленный? У меня имя не потеряно, я его хотя бы знаю!

— Знание некоторых смертных сущностей само по себе бессмысленно. Их имена не соответствуют голоду. Их голод не соответствует виду. Ты не сообразен изначальным параметрам смертного. Ты — ошибка…

— Даня, ты здесь?.. — будто из преисподней донесся приглушенный голос Нергала.

— Да! Застрял в портале! — крикнул я ему в ответ. А потом набрал в легкие побольше воздуха и изо всех сил гаркнул: — Ты — Сотот! Один из великих создателей вселенной! Слышишь? Ты не потерян!..

Бормотание прекратилось.

Алое марево вокруг заметно угасло.

Что-то произошло? Меня наконец-то решили впустить?

Я попробовал шевельнуться. И в этот раз все получилось!

Пока Сотот не передумал, я поспешил выйти из сияния. Просто сделал шаг — и все. Проблема оказалась решена.

После яркого света я на мгновение будто окунулся в сумерки. А когда глаза адаптировались к новым условиям, просто обалдел.

Передо мной расстилалась красная марсианская равнина. Ржавый песок тонкими змейками стелился по каменистой пустоши, хотя ни малейшего ветра я не чувствовал.

А сверху разворачивалось что-то нереальное. Черная бездна вспыхивала огромными пятнами многоцветных галактик и россыпями созвездий. Они постоянно двигались, то увеличиваясь в размерах, то приближаясь, сливаясь друг с другом и рассыпаясь на части. Вдоль линии горизонта яркой лентой извивалось северное сияние, вспыхивая то зеленым, то красно-розовым.

От такого завораживающего зрелища у меня аж рот открылся.