Колючка и богатырь

А богатырь блаженно улыбался, абсолютно не слышал ни черта из-за громыхавшего пульса в ушах, и без сил лежал поверх притихшей Колючки. Он понимал, что вполне возможно раздавил ее своим телом, но просто физически не мог пошевелиться. Она сразила его, убила своей нежностью, откликом обожаемого тела, доверием и упоительной страстью.

Все-таки Федька нашел в себе крупицу сил и перевернулся на бок, а потом и улегся на спину, увлекая Колючку за собой.

— Виик? — голос чужой, хриплый, незнакомый.

Федя смотрел на лицо девушки, на ее легкую улыбку, на румянец на щеках. Смотрел и проводил кончикам пальцев по щеке, виску, лбу.

— Абонент не абонент, Федь, — прошептала Виктория Яковлевна, — Вне зоны.

— Все так плохо? — нахмурился парень.

— Федь, — Виктория приоткрыла один глаз, а потом и вновь его закрыла, сил у не тоже не было, зато нашлись силы перебраться ближе и улечься поверх своего великана, прижаться ухом к груди слушать, как сердцу возвращается привычный ритм, — Если было бы капельку лучше, я бы просто сдохла. Так что нет, Федь, все хорошо, замечательно, умопомрачительно. Федь, а пока я просто не в состоянии думать. Засим, отключаюсь.

Федор тихо рассмеялся, стиснул хрупкое тело в своих медвежьих объятиях и расслабился. Правда, одна мысль не давала ему покоя.

— Вик? — тихо позвал Федька.

— Ммм?

— Вик, ты сказала, я слышал, — прошептал Федор, — Сказала, что…

— Да, — выдохнула Вика.

— То есть…

— Да.

— А уверена?

— Да.

— Ты теперь просто обязана сделать из меня порядочного семьянина.

— Да.

— В пару дней уложимся.

— Нет.

— А сколько? Вик, я ж не смогу без тебя! А, Колючка? И суток не выдержу. Веришь?

— Да. Два месяца.

— Два? Вик, убиваешь просто.

— Два месяца, и я хочу ресторан, гостей и белое платье. А ты в смокинге.

— Вик, я сдохну за этот срок.

— Я перееду к тебе.

— Два месяца, так два мясца.

— Да. Дай поспать.

— Спи, кнопка.

Федька улыбался, поглаживая девушку по спине, затылку, шее. Укрыл их тела одеялом и лежал, глядя в потолок.

— Вик, я тебя очень люблю.

— Знаю. Дай поспать.

Федор только улыбнулся. Нет, он точно знал, нет на земле человека счастливее его.

22

— Федь, пойдем танцевать! — Виктория Яковлевна была жуть как хороша в облегающем платье, длиной чуть выше колен. Легкая ткань соблазнительно обтягивала округлые бедра и подчеркивала аппетитную попку.

— Вик, у меня две ноги левые, — повинился парень, с улыбкой глядя в смеющиеся карие глаза.

— Федька, ну, пошли! — не унималась Вика, подпрыгивая в такт веселой музыке.

— Викуль, я там половину народа на танцполе передавлю, — хмыкнул Федор, — Ты беги. Я отсюда посмотрю.

Вика, смешно надув губки, все же решила оставить парня в покое и вернуться к танцующему народу. Но прежде, чем отойти от парня, скользнула руками к его шее и притянула к себе.