Бог злости

слишком пуст, так что кажется, что ему даже немного скучно.

Немного... отсутствующий, несмотря на то, что он здесь, во плоти.

Его полные, симметричные губы сложены в линию, между ними висит незажженная сигарета. Вместо того чтобы смотреть на меня, он смотрит на свою камеру, и впервые с тех пор, как я его заметила, в его радужной оболочке мелькнула искра света. Она быстрая, мимолетная и почти незаметная. Но я ловлю ее.

Единственный момент времени, когда его скучающий фасад мерцает, темнеет, отступает на задний план, а затем исчезает.

— Потрясающе.

Я сглатываю ком беспокойства, подкрадывающееся к моему горлу, и он имеет мало общего с тем, что он сказал, а больше с тем, как он это сказал.

Его глубокий голос звучит с медовым привкусом, но на самом деле он затуманен черным дымом.

Это связано с тем, как слово вибрировало в его голосовых связках, прежде чем растечься в пространстве между нами со смертоносностью яда.

Кроме того, он только что говорил с американским акцентом?

Мои сомнения подтверждаются, когда его глаза скользят по мне со смертельной уверенностью, которая сковывает мои дрожащие мышцы. По какой-то причине мне кажется, что я не должна дышать не в ту сторону, иначе рано или поздно я встречу свою гибель.

Подобие света уже давно исчезло из его глаз, и я оказываюсь лицом к лицу с той теневой версией, которая была раньше — приглушенной, тусклой и абсолютно безжизненной.

— Не ты. Фотография.

Это звучало по-американски.

Но что он мог делать в таком пустынном месте, куда даже местные жители не ходят?"

"Его рука ослабевает на моем запястье, и когда мои ноги соскальзывают назад, несколько камней падают и погибают. В воздухе эхом раздается истошный вопль.

Мой.

Я даже не думаю об этом, хватаясь обеими руками за его предплечье.

— Какого... Какого черта ты делаешь? — Я задыхаюсь, сердце замирает. Чувство ужаса разрывает мою грудную клетку, и я не испытывала ничего подобного уже несколько недель.

— Что я делаю? — Он все еще говорит с абсолютной легкостью, как будто обсуждает варианты завтрака с друзьями. — Я заканчиваю работу, которую ты начала, так что когда ты упадешь замертво, я смогу отметить этот момент. У меня есть предчувствие, что ты станешь хорошим дополнением к моей коллекции, но если нет... — Он пожимает плечами. — Я просто сожгу её.

Мой рот приоткрывается, когда в мой разум врывается поток мыслей. Он только что сказал, что добавит в свою коллекцию фотографию, на которой я падаю замертво? У меня слишком много вопросов, но самый главный из них — какую коллекцию собирает этот сумасшедший?

Нет, не так — главный вопрос в том, кто, черт возьми, этот парень? Он выглядит примерно на мой возраст, по общественным стандартам считается красавцем, и он — аутсайдер.